Черный Лебедь

Теперь ясно, зачем я спешил на Гваделупу, зачем мне нужен корабль и вы в придачу? Надеюсь, теперь-то вы поняли, почему я благословил небо, когда оно послало мне вас обоих вместе с кораблем, который ждет только нас? Да-да, с тем самым кораблем, что у нас под ногами. Он нам еще пригодится.

Слова француза могли бы показаться неубедительными. Однако, ослепленные жадностью, пираты мигом клюнули на наживку. Том Лич подвинулся ближе к столу и, опершись на него голыми локтями, проговорил:

— Выкладывай все без утайки.

Откуда узнал про золото?

И де Берни принялся рассказывать все по порядку. Его рассказ, нужно отдать ему должное, действительно походил на правду.

Однажды, месяц тому назад, они вместе с Морганом проходили мимо Каймановых островов[37]38 — в надежде напасть на след Тома Лича. Ночью был страшный шторм, а на рассвете, в пяти-шести милях к югу от Большого Каймана, они вдруг заметили шлюп,[38] готовый вот-вот пойти ко дну. Так что едва успели подобрать людей. Спасенные оказались испанцами.

Один из них, какой-то важный сеньор по имени Охеда, держал путь на Эспаньолу,[39] куда ему нужно было попасть во что бы то ни стало, но во время шторма их шлюп сбился с курса. Да, в крутую переделку попал этот сеньор, не позавидуешь, тем паче, что накануне он здорово пострадал. Проклиная все на свете, он сказал, что ночью ему перебило позвоночник и он вряд ли дотянет до Санто-Доминго, куда ему нужно было позарез: он вез важное послание для командующего флотом.

— Послание, – сказал де Берни, – видно, и впрямь было важное: шутка ли, испанец уже на ладан дышал, а сам все твердил про него без умолку.

Тут я решил держать ухо востро. Обещал передать его кому нужно на словах или на бумаге, если он решит написать письмо. Но он с ужасом отверг мое предложение, и это еще пуще распалило мое любопытство. Однако, – продолжал де Берни, – в конце концов он сдался и решил-таки написать письмо. Потом, уже под вечер, почувствовав, что конец его близок, он снова кликнул меня, велел позвать своего шкипера и принести перо к бумагу, что я и сделал. Я смекнул, что этот сеньор — а он действительно оказался с головой — решил написать его так, чтобы матросы, народ большей частью неотесанный, неграмотный, не смогли разобрать ни слова. Он продиктовал его по-латыни, буква за буквой, слово за словом, непосредственно шкиперу, хотя тот и сам скорее всего не смыслил в латыни ни уха ни рыла. Да, сметливый испанец попался, ничего не скажешь.