Черный Лебедь

К счастью, мы сможем дать ему эту драгоценную вещицу — голову Тома Лича.

От этих слов у Бандри перехватило дыхание. Хорошо понимая их суть, он насторожился. Остальные же пираты, напротив, обрадовались. Узрев впереди надежду, они оживились, кое-кто даже захохотал. Подарить труп своего капитана Моргану — вот так сделка, хоть и до нелепости смешная, зато выгодная!

Но тут вперед вышел Эллис.

— Хорошо, – сказал он, – пусть будет так. А кто будет вести переговоры? Неужели ты думаешь, кому-то из нас удастся вырваться из грязных лап Моргана целым и невредимым? Я давно его знаю, этого старого паршивого волка.

Если кто из нас сунется к нему — пиши пропало! Морган вздернет его на рее повыше, чтоб всем было видать, а после потребует еще и голову Тома. Если вообще согласится на сделку…

— Он ни за что не согласится, – вдруг твердо заметил Бандри. – С какой стати ему соглашаться? Мы все у него в руках. Этот матерый волк потребует, чтоб мы сдались без всяких оговорок.

Тебе следовало бы это знать, Чарли… – И непримиримым голосом он добавил: — Ты, видать, совсем рехнулся, если вообразил такое. Да и мы хороши — стоим тут, уши поразвесили!

Де Берни вздрогнул, но в мгновенье ока овладел собой:

— Думаешь, он держит нас мертвой хваткой? А что, если мы укроемся в зарослях? Неужели он осмелится высадить своих людей и пустить по нашим следам? Неужто он не боится засады? Представляешь, сколько времени потребуется ему, чтобы заморить нас голодом?

Он почувствовал, как по рядам буканьеров прокатился возглас надежды, которую Бандри чуть было не погасил.

— Наверно, я и впрямь предлагаю вам пойти на отчаянный шаг. Может, вы правы, и Морган отвергнет наше предложение. Но давайте, по крайней мере, поглядим, как он к нему отнесется… Вспомните, он жаждет получить голову Тома Лича, причем любой ценой.

Знайте, ему самому несдобровать, если он не поймает Тома Лича, – английские власти ему этого не простят.

Буканьеры одобрительно закричали, и Бандри, признав себя побежденным, только пожал плечами.

— Ладно! Но Эллис прав. Кто отправится к нему? Кто из нас отважится сунуться в руки Моргана? Может, Уоган? В конце концов, почему бы и нет? Если мы оказались в дерьме, то только по его с Личем милости…

— Я? – завопил Уоган.