Черное и черное

— Все это кажется кошмарным сном, — заметил сановный монах

— Но никто не спит здесь, — ответил ему ландкомтур, — и никто не спал, отправляясь с разведкой в черный туман.

— Это да, — согласился монах.

— Какое решение мы примем? Будем голосовать?

Орден и местный светский совет проголосовали единогласно за то, чтобы Эрта сделала их безумными ангелами смерти. И теперь они совещались, пытаясь решить, как сообщить рядовым войскам, что от них требуется. А Ульрих собирался с мыслями, чтобы сообщить им, что человек, которому они должны довериться — женщина, и какая именно.

Но, это задача была уже чуть менее трудной, чем та, что осталась позади.

— Мгновения Ульриха —

Когда все вопросы были решены, он нашел Эрту, и передал ей содержание совещания.

— Ты обманул их, — возмутилась она, — Я не ангел. И они не будут архангелами. И мне нужно — добровольное согласие каждого человека отдельно. Не по приказу.

— Я не обманывал, — возмутился он, — Я перефразировал в возможную для объяснения форму…

— Я не знаю, имею ли я право…

— Я' знаю.

Я хочу спасти свой мир. Твое право — и мое право тоже. Или оба наших права примут одно решение или у тебя не будет больше никаких прав на этот мир. У нас так не принято. У нас то, что нужно командиру — желают подчиненные. Им объяснят, что для того, чтобы выиграть эту войну, нужно будет подчиниться тебе, они будут к этому готовы. И уверяю тебя, боевой дух и воля к победе у них будут отличными.

— Ульрих, ты помнишь, что ощущал, когда я была в тебе?

— Когда это? Я помню только что ощущал, когда я был в тебе.

— Если ты расчитываешь, что я засмущаюсь и убегу от этого разговора, то не надейся. Меня трудно смутить. Что ты помнишь о тумане?

— Почти ничего. До того, как ты появилась и я его увидел. А потом, ты заперла меня где-то и мне это сильно не понравилось. Я попытался тебя изгнать. А потом ты стала обращать меня в бегство. Я никогда не бегал из боя.

И меня это взбесило. А больше я ничего не помню. Я пытался тебя выгнать, но мне что-то мешало. Это же была ты?

— Это был ты.

— Я? — поразился Ульрих.

— Другой ты.

— ?! — онемев, изумился он…

— Сейчас ты знаешь почти все о моих возможностях, — начала говорить Эрта.

— Почти? — перебил он ее."

"— Дай мне закончить. Так вот, то, чего ты не знаешь — я могу чувствовать чувства других, как бы подслушивать. Издалека.