Череп под кожей

Это запрещено. Ведь это архив.

– Что ж, тем не менее ее вырезали. У вас есть еще один экземпляр?

– Я должна сообщить мистеру Хаскингу. Нельзя же вот так портить архив. Мистер Хаскинг придет в ярость.

– Охотно верю. Но мне срочно нужна эта страница. Это страница девять выпуска от 19 июля 1977 года. У вас нет запасных номеров, которые я могла бы просмотреть?"

"– Здесь – нет. Возможно, у начальника есть свои личные экземпляры в Лондоне. Подумать только – резать архив! Мистер Хаскинг придает огромное значение этим старым газетам.

Корделия спросила:

– Вы не помните последнего посетителя из тех, кто приходил взглянуть на них?

– В прошлом месяце приезжала одна блондинка из Лондона. Она сказала, что пишет книгу о морских пирсах. Местный пирс взорвали в 1939 году, чтобы немцы не смогли высадиться на берег, потом у городского совета не хватало денег на постройку нового, поэтому он получился такой низкий. Она рассказала, что, когда была маленькой, на конце пирса устраивали представления и в сезон гастролей всегда приезжали артисты из Лондона.

Корделия подумала, что более опытный и лучше экипированный частный детектив догадался бы захватить с собой фотографии жертвы и подозреваемых для возможного опознания. Ей было бы полезно узнать, не похожа ли блондинка, которая так много знала о пирсах, на Клариссу или Роуму. Толли, если только она не явилась под прикрытием, а это было не в ее стиле, исключалась из списка подозреваемых.

– Леди, которая интересовалась пирсом, была единственной, кто в последнее время просил показать архивы? – спросила Корделия.

– При мне – да. Но я работаю тут всего пару месяцев. Обо всех посетителях, которые приходили до этого, вам могла бы рассказать Салли, но она уволилась, потому что собралась замуж. Да и я не всегда сижу за столом. То есть кто-то мог прийти, пока я была в офисе, а за столом сидел Альберт.

– Он здесь?

Девушка посмотрела на нее с изумлением:

– Альберт? Конечно, нет. Альберт никогда не бывает здесь по понедельникам. – Вдруг в ее взгляде появилось подозрение.