Череп под кожей

Вероятно, вы сможете объяснить, почему нам всем пришлось сдать отпечатки пальцев. Лично мне показалось страшно унизительным, когда меня хватали за пальцы и прижимали их к дощечке. Было бы не так отвратительно, если бы они разрешили делать это самостоятельно.

– Разве полицейские не объяснили, для чего это надо? – спросила Корделия. – Если обнаружатся какие-нибудь отпечатки в комнате Клариссы, они сразу исключат наши."

"– Или подтвердят их идентичность. А чем еще они занимаются, помимо того что мучают Джорджа? Видит Бог, они привезли достаточно людей.

– Среди них есть, вероятно, эксперты из патологоанатомической лаборатории. Еще там могут быть полицейские, которые работают на месте преступления. Они собирают вещественные доказательства вроде образцов крови и телесных выделений. Заберут постельное белье и чашку с блюдцем. Отправят на экспертизу остатки чая, чтобы выяснить, не отравили ли ее. Есть вероятность, что ее накачали лекарствами, прежде чем убить. Уж очень спокойно она лежала на спине.

– Клариссе не обязательно было накачиваться лекарствами, чтобы спокойно лежать на спине, – вставила Роума.

Потом она оглядела присутствующих и, густо покраснев, воскликнула:

– Простите! Я не должна была этого говорить. Я просто не могу в это поверить! Не представляю, как она лежит там, забитая насмерть. У меня не настолько развито воображение. Она была жива, теперь мертва. Она мне не нравилась, и я ей не нравилась. Смерть не меняет этого факта. – Едва не спотыкаясь, она побрела к двери. – Схожу погулять. Мне нужно выбраться из этого места.

Эмброуз наполнил заварочный чайник и налил себе еще чашку чая, потом лениво устроился рядом с Корделией.

– Вот что удивляет меня, когда речь идет о политических убеждениях. Ее кузину, женщину, с которой они практически выросли вместе, зверски убили и вскоре будут профессионально разделывать в кабинете патологоанатома. Очевидно, что у нее шок. Но, по сути, она переживает не больше, чем если бы ей сообщили, что у Клариссы случился приступ ревматизма.

– Она напугана, – заметил Айво.

– Это и так ясно, но кем? Ведь не жалкой же кучкой воинов-дилетантов?

– Иногда я и сам их боюсь. Полагаю, она права насчет денег и Ральстон получит бо2льшую часть. Это сколько?

– Не знаю, мой дорогой Айво. Кларисса никогда не посвящала меня в подробности своих личных финансов.