Бывшие. Спаси моего сына

- Ты из-за меня его хочешь вернуть?

- Че? – хохочет как ненормальный. – Амирку я держал на цепи, чтобы его папаша гнил заживо, от осознания, что его сын у меня в лапах. Одной тюряги Динару мало, никому не позволено не считаться с Фроловым. Все мои враги свое получили или получат. И до Милкиного папаши доберусь. Тот еще за грехи молодости мне должен. Хотя… с ним проще простого, натяну его дочурку, покажу, как укрощаю строптивую, Леха коньки от увиденного и отбросит, - вытирает губы. – Сочная она, Тайка.

- Папа, я твоя дочь! А ты мне такие гнусности говоришь! – возмущается Тая.

- Взрослая деваха. Должна все понимать. Разбаловал я тебя. Бабе больше тридцатника, а ведешь себя как мозгами обделенная. Не повезло мне с дочерью. Потому и пришлось тебя сюда притащить, чтобы ничего мне не сорвала и глупостей не наделала, - его слова как пощечины.

Тая всегда любила отца. Да порой злилась обзывала, но была верна и благодарна.

Ощущение своей ненужности накрывает еще сильнее.

- Напишу Милке, пусть придет в квартиру, которую я укажу, прикует себя наручниками к батарее и меня ждет. Мои пацаны будут по всему периметру, и не пропустят никого из ее прихвостней, - Остап говорит, закатывая глаза от предвкушения.

- Ты там какого-то профессора похитил?

- Ага, старого доходягу. Как Милке видос сброшу, сразу его мои люди прихлопнут вместе со старухой.

Тая смотрит на отца с болью. Ощущает себя покинутой и такой ненужной. Он о ней совсем не думает. Любил ли ее когда-то хоть немного?

Ее телефон вибрирует на беззвучном.

- Кто? Амирка твой? – спрашивает Фролов.

- Нет. Знакомая, - врет Тая.

А сама вчитывается в строчки, написанные мужем.

«Тай, нам действительно надо все обсудить. Но не шантажом. Не так. Давай по нормальному, я готов тебя слушать. Только не подвергай опасности нашего сына!».

Тая закусывает губу. Все он врет!

Врет!

Не нужна она ему!

- Дай, сюда! – Остап выхватывает телефон у дочери. Смотрит на экран. – Не Амирка значит! Дрянь! – по щеке прилетает увесистая пощечина.