Будешь Борзовой! (СИ)

— Поля, рот закрой, а то я тебе сам его заткну кое-чем, — Борзов потёрся об меня своим каменным членом откровенно желая, чтобы я ему отсосала.

— Обойдёшься! — отплевалась, никак не готова была на такие ласки.

— Нашёл... — протянул Женя, включая нужную запись.

Именно наши с Лилькой посиделки за чашкой чая. Камеры Борзов натыкал отличные, не только картинка хороша, но и звук чёткий, даже дыхание было слышно.

Так и сдерживая меня, Борзов выслушал мой рассказ про его незакрытый гештальт, зверея при этом.

— Дура! Я вообще про это ничего не знал! — рявкнул на меня, отпуская, отшатываясь на другой конец спальни.

— Ты прикалываешься? — оправдать, почему Борзов сейчас отнекивается от прошлого было можно, объяснив его страхом всё потерять, но мне было смешно.

Всё это для меня не стало внезапной новостью, старые вводные и я с ними смирилась.

— С хуя ли?! Я да! Да я хотел тебя с первой секунды, как увидел, только я и понятия не имел о том, что за моей спиной мутит этот гандон! — Борзова прям бомбило от негодования, а такое изобразить было невозможно.

— Ничего что этот гандон хотел меня вернуть, после того как ты с Аней покуролесил? — резонно спросила я, нарвавшись после этого на ледяной взгляд Борзова.

— Три года мать твою! Три блядь! Из-за того, что какой-то пидорас вдруг решил, что у него выгорит уладить все разногласия, если я тебя трахну!"

"— Эй, ты охренел?! А Камилла?! Если бы этого всего не случилось, её бы тоже не случилось! — возмутилась я, чего теперь страдать, когда обратного не воротишь и заново не начнёшь.

Борзов кивнул почти безучастно и вышел из комнаты, оставив меня одну.

В этот день я его больше не видела и на следующий тоже. Никто не мог мне ответить, где он, а его телефон был вне зоны. Из всего случившегося был только один плюс, мы наконец-то помирились с Лилей.

Женя вернулся спустя двое суток после нашего разговора.

— Где ты был? — спросила, ошалев от неожиданного появления этого психопата, прижимаясь к нему крепче.

Соскучилась.

— Выбивал дурь из одного гандона, — как ни в чём не бывало, признался Борзов.

— Господи, ты что в Иркутск летал? Три года прошло...

— Ну считай, что я закрыл наконец-то свой гештальт.