Будь со мной

И не собираюсь ждать.

Тони понес ее к кладовке. Шеннон целовала его шею, подбородок, шептала слова любви, и он шел быстрее, быстрее. А ее светлые волосы летели за ними. Изящные ночные туфельки едва держались на пальцах ног.

Тони плечом толкнул дверь и вошел в кладовку размером с маленькую спальню. Воздух был пропитан ароматом сухих трав, запахом земли. Он снял с Шеннон очки и положил их на полку, рядом с бутылками с водой.

Дверь закрылась, все погрузилось во тьму, и его чувства обострились. Шеннон потянулась к выключателю, но Тони остановил ее:

— Мне не нужен свет, чтобы тебя видеть.

— Я сыта твоей сдержанностью. Верни мне моего ласкового Тони. — Ее хриплый голос наполнил кладовку зовом вожделения.

Он сжал бедра женщины, откинул ее голову назад, прокладывая губами путь к груди. Затем легким движением сбросил пеньюар с ее плеч и нашел сосок. Зачем, ну зачем ему свет? Тони изучил ее тело, знал, как дразнить, и возбуждать, и услаждать ее.

Прохладный воздух остужал его спину, тепло Шеннон согревало его грудь. Тони погладил ее мягкий живот, поддел пальцем кромку трусиков. Он осторожно тянул тонкую ткань, пока трусики не оказались на полу.

Шагнув ближе, он положил руку Шеннон на застежку своих джинсов. Радость от ее прикосновения охватила Тони. Шеннон. Наконец-то. Это Шеннон.

Он расстегнул джинсы. А она ласкала его — слаще, слаще с каждым движением.

Рука Шеннон опустилась к нему в карман и достала бумажник. Раздался легкий треск — она открыла пакетик. Ее ловкие пальцы с удивительной точностью натянули на него презерватив."

"— Пора, — прошептала Шеннон, — на стуле или у двери — не важно, лишь бы ты оказался внутри меня.

Растущее желание подавило последние остатки его сдержанности. Тони хотел ее. Жаждал. Он прижал женщину к двери.

Шеннон торопила Тони. Она обвила его ногами и раскрылась ему навстречу.

Бархатное тепло окружило Тони, позвало глубже, искры засверкали перед глазами. Никогда еще он не испытывал ничего подобного. Мужчина готов был упасть на колени.

Тони сосредоточился на Шеннон. Он проникал в нее все глубже, ласкал, ловил подтверждения того, что экстаз женщины равен его экстазу. Шеннон дышала все учащеннее, все громче стонала от наслаждения.