Будь моей Брейшо

Дрожащими руками я ставлю букет белых роз в красивую медную вазу, сияющую в лучах солнца. Отступаю назад, чтобы осмотреть место, где теперь покоится моя мать. Я ее мало знала, но она заботилась о маленькой девочке, которую мы все любим и которую любила она сама.

Мария была доброй, нежной и никогда не отталкивала меня, как бы я ни поступала по отношению к ней.

Я навещала Зоуи, и она оставляла нас одних, хотя иногда я замечала, что она тайком снимает меня на телефон; зачем – я не спрашивала."

"Мне всегда было немного неловко находиться рядом с ней.

Наверное, я не хотела выяснять подробности. Иногда лучше предполагать, чем знать наверняка.

Как бы там ни было, она вырастила Зоуи, и Зоуи получилась чудесной девочкой.

Протягиваю руку и провожу пальцами по гравировке.

Я буду помнить тебя, Мария Вега.

Возвращаюсь к Кэптену и малышке.

Он – моя цель, и рядом с ним мой дом. А Зоуи – она будет для нас всем.

– Так сильно, красавица…

Я улыбаюсь ему и шепчу:

– Я тоже тебя люблю, Кэп.

Навсегда.

– Папа, теперь мы поедем купаться? – зовет Зоуи с заднего сиденья.

Мы с Кэпом забираемся внутрь.

– Конечно. Уже едем, малышка.

Он звонит своим братьям, сообщая им, что мы возвращаемся, а как только вернемся, пойдем в бассейн.

По дороге я вижу, как девушка с короткими, почти серебристыми волосами вылезает из старой белой «Камри»… Спортивная сумка свисает с ее руки.

Смех вырывается прежде, чем я успеваю его остановить, и глаза Кэпа летят в мою сторону.

– Святые угодники… – Я снова смеюсь, а Кэп хмурится.

– Красавица…

Я не могу остановиться.

– Виктория.

– Кэп… Знаешь, это как-то слишком хорошо.

Он не выдерживает и тоже смеется. Мне приятно услышать от него:

– Так и должно быть в нашей жизни, детка.

Я – волна, он – якорь, и эта жизнь – наш океан, – думаю я.

Мы подъезжаем к дому и идем к бассейну. Кэптен помогает Зоуи снять одежду и надеть надувной жилет. Затем раздевается сам, и мой взгляд мгновенно падает на татуировку, покрывающую левую сторону его ребер.