Бог злости

— Он трет пальцы, которые были внутри меня, о свой большой палец, размазывая так, что мне хочется заползти в нору и умереть. — Я только что что-то почувствовал, и мне любопытно.

Он засовывает первый палец в рот и демонстративно облизывает его, прежде чем приступить к другому. Его глаза не отрываются от моих на протяжении всего процесса, и я должна была бы беспокоиться о том, что мы во что-то врежемся или упадем насмерть.

Но сейчас я не могу об этом думать.

Или оргазм еще не закончился, или у меня больная голова, потому что во рту пересохло, а бедра дрожат.

После последнего рывка языком по пальцам он вытаскивает их.

— Скажи мне, Глиндон. Я только что трогал твою девственную киску?

Глава 10

Киллиан

Выражение лица Глиндон можно классифицировать только как начало инсульта.

Если бы это был кто-то другой, я бы на девяносто девять процентов был готов отложить ситуацию на полку и перейти к другим насущным проблемам.

Например, к состоянию моего члена, который в очередной раз перешел красную черту контроля импульсов.

И причина этого — не что иное, как ее оргазм.

Я не получаю удовольствия от того, что даю. Я даже не даю. Я трахаюсь. Часто — моя разрядка является конечной точкой. Или так было раньше, пока все это не превратилось в монотонную, лишенную удовольствия рутину. Мои прежние приятели знают, что взаимность не является частью моего режима работы, но они все равно умоляют пососать мой член.

Как дипломированный не удовлетворяющий, единственной причиной, по которой я ввел свои пальцы в киску Глиндон, было желание доминировать — ни больше, ни меньше. Я не собирался давать ей кончить и хотел лишь довести ее до предела и оставить в подвешенном состоянии, чтобы она умоляла о разрядке и все равно не получила ее.

Но затем произошло кое-что интересное.

Я нащупал пальцами ее девственную плеву.

Я почти уверен, что мне плевать на девственниц. С ними хлопотно, неприятно и обычно не очень хорошо трахаться, поэтому мне приходится трахаться до и после, чтобы получить свою дозу физических стимулов.

Так почему, блядь, мое зрение заполнено образом крови, которую я размажу по бедрам Глиндон, когда буду рваться в ее киску?

— Я... я не знаю, о чем ты говоришь. — Ее лицо покраснело, как кровь, которую я буду выжимать из нее, как и ее шея и уши.