Брат моей подруги

«Ага, как же, стучать ещё буду» — и она ворвалась в кабинет, второй раз за день.

— Тебе это кажется смешным, — Ника с грохотом поставила горшок с кактусом на стол Дани.

— Мммм, дай подумать, — Даня упёрся подбородком на кулак, и сделал задумчивое лицо. — Нет, мышка, это совсем не смешно.

— Божеее, какой же всё-таки ты идиот, — Даня ни чуточку не обиделся.

— А ты неблагодарная истеричка, — Даня откинулся на кресло. — Я после такой бурной ночи, цветок подарил, а она нос воротит, — он сделал обиженное лицо.

— Не было никакой ночи, — Ника решила, что раз она не помнит, значит и не было ничего.

— Как это не было, мышка, — Даня даже заёрзал на кресле. — Было, у меня до сих пор мышцы болят от….

— Заткнись! — подробности, Ника уж точно знать не хотела. — Твои похотливые сны мне не интересны. Эту колючку можешь оставить себе, — Ника показала пальцем на кактус, и собралась к выходу.

— Ты единственная колючка, что хорошо смотрится в моем кабинете, — крикнул Даня ей в след, и рассмеялся.

«Идиот.

— Здравствуй папа, — Даня подал руку отцу и сел за столик.

— Ну, как дела на новом месте? — Альберт Гордеев никогда не выключает бизнесмена. Исключение только для Агнесс — любимой жены и матери его детей. Перед ней он мягкий и пушистый.

— Нормально всё, — честно ответил Даня.

— Смотри, набирайся опыта. Ты наследник нашего бизнеса, — Даня выдохнул, отец опять про своё.

— Пап, я помню. Я учился в одном из лучших университетов, чтобы уметь управлять нашим бизнесом, — Даня, в очередной раз пытался убедить отца в том, что он понимает, к чему его готовили.

— Помнит он, — отец покачал головой. — Поэтому, куда не посмотришь, ты улыбаешься полуголый с плакатов, развешенных по городу, да и не только по нашему. Я в Лондоне недавно был, так там тоже ты везде, — Альберту никогда не нравилось то, чем занимается его сын, но запрещать он не хотел.

— Во-первых, на плакатах я не один. Во-вторых, за это очень хорошо платят.

— Ладно, экономист с рекламного плаката, как там Никуша? — Даня чуть не поперхнулся, потому что перед глазами появилось хрупкое тело мышки.

— Нормально, — ответил он, почистив горло. Он почти забыл, что они дружат семьями, и отец всегда так ласково мышку называл.