Брак на миллион

Он теперь, наверное, ненавидит меня за сказанное.

Но главное не это.

Теперь я точно угодила в капкан. Мне не сбежать во второй раз. Я с таким трудом выбралась, обманула всех вокруг. А сейчас никто меня не выпустит дальше порога, всю охрану приставят. И как мне быть?

То, что Дамир оказался красивым мужчиной, не означает, что слухи о его жестокости были не верны. И он демонстрирует сейчас именно это.

— Выходи, сейчас же, — командует грубо, открывая дверцу автомобиля.

Я не слушаюсь. Остаюсь в салоне. Дрожу всем телом.

Слезы подступают к глазам, горло сдавливает от всхлипов. Я не хочу возвращаться туда, становится женой незнакомого мужчины. Он беспощадный и опасный, тревога окутывает меня, когда представляю своё будущее.

Через тонированное стекло слежу за тем, как Алиев обходит машину, чтобы помочь мне выбраться из салона. Рывком открывает дверь, недовольно ругается, что я его не слушаюсь. Он грубо хватает меня за руку, практически стаскивает с сидения и громко захлопывает за мной дверцу.

Я испуганно вскрикиваю, пытаюсь вырваться, но наши силы не равны.

Мужчина держит крепко, причиняя мне боль. Его длинные пальцы с силой сдавливают моё запястье, наверняка останутся следы.

Он окидывает меня с ног до головы взглядом, полным отвращения и недовольства.

Мне он тоже не нравится, но такое открытое пренебрежение обжигает. Я буду необычайно рада, если не понравлюсь ему. Пусть сам откажется от свадьбы, я только поблагодарю за это.

— Стой здесь и не смей пытаться бежать, — приказывает тоном, не терпящим возражений, и я послушно замираю на месте.

Он меня пугает. Грубостью, ненавистью, горящей в его глазах, темной аурой.

Такому мужчине никто не скажет слова поперек, не откажет. Дамир выглядит как тот, кто легко получает желаемое. Его не остановит ни закон, ни мои просьбы, ни человеческая жалость.

Алиев достает с заднего сиденья букет пионовых роз и черный пиджак, подходит ко мне. Сжимаюсь, не зная, чего ожидать от него.

— Это, похоже, тебе, — всовывает мне в руки цветы. Букет невесты, — догадываюсь я.

Который, кажется, предназначался для другой.

Ничего не понимаю. Он ведь с отцом договорился о свадьбе со мной, разве нет? Так о какой женщине он говорил?

— Не стоит привлекать лишнего внимания своим внешним видом, пока не разберусь что здесь происходит, — он накидывает мне на плечи мужской пиджак, в котором я утопаю. Я стягиваю его на груди. Ткань пропахла запахом мужчины, который я ощущаю каждый раз делая новый вдох.

Терпкий и сильный, с мускатными нотками.