Босиком по пеплу. Книга 3

— Тебя проводят, Рамазан. Если у вас есть личный самолет, я настоятельно рекомендую вам вылететь в Штаты и просить о политическом убежище, — я покидаю террасу первая, прикладывая ледяную ладонь к горящему от стыда лицу. Сегодня, сейчас, я поняла: я никогда не смогу выносить прикосновения другого.

По крайней мере, я поставила еще одну точку над «и»: Амиран мне не лгал.

Все кончено.

Но уже следующее утро приносит новый виток сомнений моей измученной душе. Лейсан застает меня врасплох ранним звонком с новостью, что Бахира Рамазана в срочном порядке отстранили от строительства центра и направили в Кемар.

Едва ли не давлюсь глотком кофе, сложив в голове дважды два…нет никаких сомнений в том, что это Амиран отправил Рамазана в ссылку. Не казнил, нет. Но не похоже на отсутствие ревности с его стороны.

Рамазан, конечно, легко отделался. Если бы подобное случилось пять месяцев назад, Ран бы кастрировал того, кто посмел так похабно прикасаться ко мне.

Но сейчас…

Что происходит?

Я еще больше ничего не понимаю.

Никто не остановил нас вчера, кроме взбешенного отца, остаток вечера, потратившего на вразумительные беседы с непутевой дочерью, а сегодня я узнаю, что Амиран по-прежнему считает меня своей собственностью.

«Не делай глупостей, tatlim. Ты всегда будешь принадлежать мне, этого не изменить.»"

"Что ты имел в виду, Амиран? Как долго еще собираешься измываться надо мной? Не хочешь глупостей? Нет ничего проще. Просто скажи мне правду. Объясни… Амиран, это невыносимо вытерпеть. Невозможно. Немыслимо.

Не находя себе места, погрязнув в тяжелые и угнетающие размышления, я отправляюсь гулять по дворцу. Ноги сами несут меня на верхний этаж резиденции, ведут в душную темницу, где я когда-то в отместку заперла Амирана. Я хорошо помню, как он первый заточил здесь меня. Голую и униженную, оскорбленную и беременную. Тогда на его лице тоже не дрогнул ни один нерв, а ведь он любил меня. Злился, рычал, наказывал, но любил. Сейчас я это знаю, но тогда готова была растерзать.

Наши отношения — чертова борьба, бег по пеплу, бесконечная вереница взлетов и падений.

Я устала, Амиран, я хочу просто знать …но ты играешь со мной. Как всегда, диктуя в игре свои правила, о которых мне знать не положено.

Не отдавая отчета в своих действиях, я опускаюсь коленями на горячий каменный пол и просунув руку в уже изученное углубление, достаю из тайника пулю, которую убрала к остальным находкам, когда, остыв после выяснений отношений с мужем, возвращалась за разорванным ожерельем.