Большой секс в маленьком городе

– Проходите, – милостиво предложила я.

– Спасибо. Мы много времени не займем, – забубнил Глаголев.

– Занимайте, – усмехнулась я, – у меня его сколько угодно.

Глаголев тоже усмехнулся и вспомнил о хороших манерах.

– Вот, знакомьтесь – Ольга Сергеевна Рязанцева.

Уверен, вы о ней наслышаны. А это Шутов Юрий Николаевич.

– Очень приятно, – заверила я, рыжеватый в ответ молча кивнул. – Присаживайтесь, – предложила я.

Мужчины как-то без охоты устроились на стульях. – Чай, кофе?

– Нет-нет, не беспокойтесь.

– Что ж вы собираетесь успеть за минуту? – подивилась я. Глаголев засмеялся, а его приятель нахмурился.

– Ольга Сергеевна, вы в прошлый разговорили о пленке, точнее, о фотоаппарате.

– Говорила. У вас к нему появился интерес?

– Ну... проверить мы обязаны.

– Ага. А что с Александровым?

– В каком смысле?

– В буквальном.

– В буквальном его похоронили.

– А теперь вы расследуете убийство?

– Далось вам это убийство, Ольга Сергеевна.

– Значит, все-таки несчастный случай?

– Конечно, несчастный случай.

– И дело закрыли?

– Какое дело, Ольга Сергеевна? Но раз вы настаивали... И фотоаппарат этот... Мы, собственно, за ним и пришли, – слегка стыдясь, сообщил Глаголев.

– Зря, – переводя взгляд с одного на другого, ответила я. Глаголев, слегка растерявшись, поднял брови, а вот Шутов впился в меня взглядом так, точно готовился сразить наповал усилием воли.

– Что? – наконец подал голос Кирилл Алексеевич.

– Зря пришли, говорю, – разулыбалась я, продолжая по непонятной причине упрямиться.

Парню с таким взглядом улики заныкать – раз плюнуть. Может, я к нему придираюсь, и он честнейший мент, но проверять это как-то не хочется.

– Я вас не понимаю, – слегка насторожился Кирилл Алексеевич, должно быть решив, что я с ним шучу.

– Вы не пожелали его взять в свое время, – напомнила я, – и я сильно разгневалась. Так что фотоаппарат стоит поискать в мусорном баке рядом с вашей конторой. Именно туда я его и определила.

– Вы выбросили фотоаппарат в мусорный бак? – впервые подал голос Шутов. Его голос звучал так, точно его обладатель здорово сомневался в правдивости моих слов, или в наличии у меня здравого смысла, или в том и другом одновременно.