Большой секс в маленьком городе

Затем она хлопнула и кто-то торопливо подошел к гардеробной. Сашка вновь тявкнул, вполне доброжелательно, так что я не очень удивилась, когда увидела Вешнякова. Зато на его лице читалось изумление.

– Чего случилось-то? – пробормотал он и, не дожидаясь моего ответа, продолжил:

– Звоню, звоню...

Жена сказала, что меня домогались. Долго мучилась, но утаить сей факт все же не посмела. Голос женский, ясно, что ты, у кого еще совести вовсе нет. Звоню, звоню... – Сообразив, что начал повторяться, он досадливо крякнул.

– Вешняков, помолчи ради Христа, – попросила я с печалью. – Без тебя тошно.

– Молчу. А в чем дело-то?

– Пока мы с тобой фотографиями любовались, враги не дремали и запихнули в багажник труп.

– В какой багажник? – нахмурился Артем.

– В мой, естественно. То есть в багажник «Феррари».

– Уже хорошо, начинаю что-то понимать. А труп чей?

– Нашего доброго друга Саши.

– Отбегался, значит... Грустно, но не удивительно.

И что труп? Все еще лежит там? А ты от него в гардеробной прячешься?

Пришлось подробно рассказать о своих приключениях.

– Так, значит, Тимур оставил своего парня приглядывать за тобой. Он-то мне дверь и открыл, а сам пост покинул. Скорее всего потому, что Тимур ему успел позвонить, что все в порядке и напакостить ты не сможешь.

Вешняков вышел в гараж и заглянул в багажник машины. Тот был пуст.

– Никаких трупов, – констатировал он. – Должно быть, привиделось. Говорил я тебе, пиво по такой погоде пить вредно. Лучше водку. От водки глюков не бывает. Если только перепьешь или паленая попадется...

– Вешняков, – вздохнула я, – хватит дурака валять.

– Я не валяю, – обиделся он. – Я нервы успокаиваю. У меня есть нервы, чтоб ты знала. И, между прочим, я здорово сдрейфил, когда ты на звонки не отвечала.

– Коньяк.

– Сгодится. Снимем стресс и обмозгуем.

Обмозговывать мы начали сразу, пока я колбасу нарезала.

– Гаишнику наводочку дали, это ясно. Скандалец вышел бы немалый. Ты ведь теперь не сама по себе, а в штате Деда. Прикинь, как весело бы стало. Тут только отмахивайся, не до убийств и прочего... Надо честь спасать.