Боги среди нас

Поволока спала, и взгляд блондина приобрел осмысленный вид. Блондин разорвал контроль да так хитро, что я даже не почувствовал. И теперь, в льдисто-голубых глазах блондина не было ничего, кроме ярости и желания решить вопрос о моем пребывании в этом мире здесь и сейчас. Он шагнул ко мне, и крепко сжал кулаки. Так, что костяшки пальцев побелели. Наверное, парню не понравилось то, что я попытался подчинить его. Взять над ним контроль. Я усмехнулся, предчувствуя хорошую драку. Наконец-то мне выпала честь сойтись в схватке с достойным противником.

— Хорошая попытка, бог мщения, — прорычал он. Строгий черный костюм исчез, и блондин снова предстал передо мной в своём истинном обличье. Руки от запястий до локтей были покрыты татуировки. Руны искрились, лучась силой. А змей на груди будто бы оскалил пасть, обнажив ядовитые клыки. А ещё, за спиной парня теперь развернулись огромные черные крылья.

Парень оценил мой любопытный взгляд. Расправил крылья и оторвался от земли, зависнув в полуметре от мостовой, словно красуясь:

— В свое время они принадлежали ложному богу, который очень любил вмешиваться в чужие дела.

— Не помню, чтобы у Локи было такое, поспешно ответил я, указав за спину парня.

В следующую секунду морок исчез. И передо мной вновь стоял обычный человек в костюме.

— Локи тут ни при чем, — ответил он. Злоба в его глазах уже пропала, уступив место холодному безразличию. — Он по-прежнему сидит прикованный к скале. Месть богов за смерть Бальдра. А Скади, мстя за своего отца, повесила над его головой змею. У него осталась одна лишь Сигюн. Верная жена, которая держит над его головой чашу, в которую капает змеиный яд. Ужасная судьба.

Я кивнул.

— Но тем не менее он доживет до Рагнарёка.

Парень замолчал, не договорив фразу до конца. В этом не было необходимости. Итак было ясно, что хорошего он мне не пророчил."

"— Гьюльви уже предсказала мою судьбу, — спокойно произнес я и вновь попытался принудить собеседника сказать правду. И у меня получилось. Даже к магии прибегать не пришлось.

— И, возможно, что она даже была права, — согласился блондин, не замечая принуждения. — Я не утверждаю, что это все правда.