Black u0026 Red

– А книжка?

– Какая книжка?

– Та, что брат вам дал, советую всем прочесть: «Судьба барабанщика» – вы ее там, в саду, читали?

– Нет, я ее дома читал на террасе.

– Детская повесть Аркадия Гайдара, очень талантливое произведение, – пояснил Деметриос пациентам. – Вы знаете содержание?

Гай кивнул. Ермаков пожал плечами, потом усмехнулся. Детские книжки? До чего мы докатились, товарищи…

– Там школьник, пионер, оказался в трудных жизненных обстоятельствах, но ведет себя как и полагается советскому пионеру – вполне геройски, – Деметриос усмехнулся.

Жуковский выпрямился в кресле, ослабил свой дорогой галстук, расстегнул ворот белой сорочки.

– Эффектный конец, хотя, на мой взгляд, не стоило бы делать из ребенка убийцу, – Деметриос вздохнул.

– Да.

– Вы перечитывали? Может, еще какой-то эпизод?

– Когда он… Барабанщик находит пистолет. «Браунинг» с выщербленной рукояткой и патронами. Их было шесть. Их всегда там, в книге, было шесть, седьмого не хватало, он был использован.

– Оружие… Скажите, а у вас в доме было оружие? Может быть, у вашего отца?

– Нет, ничего у нас не было. Но я всегда хотел… я хотел иметь…

– Оружие? – переспросил Деметриос.

– Пистолет. «Браунинг». Все, достаточно, – вдруг резко оборвал Жуковский. – Я не хочу об этом говорить. Слышите? Я не позволю. Я не желаю обсуждать ЭТО.

На лбу его выступила испарина. Он неловким жестом сорвал и так уже ослабленный галстук и, скомкав, сунул его в карман пиджака.

Но Деметриос и не думал отступать:

– Вас пугает сам мой вопрос?

– Меня ничего не пугает, но я не желаю, слышите, не жела…

– Вы не желаете говорить о том, что вам нравилось оружие, вы хотели иметь пистолет, будучи ребенком? Вы боитесь говорить об этом даже сейчас, став взрослым? Почему?

– Оставьте меня в покое!

– Страх надо вытащить из себя.