Black u0026 Red

Это будет и действенным рычагом, и апелляционной инстанцией, а иногда и морковкой, играющей роль награды…

В случае с этим Женей Ермаковым тридцати пяти лет, сотрудником страховой компании (он сам в разговоре сказал, что работает в системе страхования), будет, видимо, то же самое. Что ж, он почти молодожен. Женат всего полтора года, и, кажется, счастливо… По крайней мере там, в Лондоне, у него и его половины был вид вполне дружной, молодой романтичной пары. И его жена Женя (Жабик прекрасный) так о нем заботится, настояла вот, чтобы он пришел, обратился… Он о ней говорит крайне сдержанно, однако нежно.

Значит, любит. Ну да, ну да… Полтора года брака, все еще свежо, оскомины не набило… Он, по его словам, из Питера ради жены в Москву перебрался. И хотя тут есть представительство их компании, он все равно в деньгах потерял с этим переездом – сам сетовал. По сути, пожертвовал, поступился. Значит, отношения в их семье вполне человеческие, как в моральном, так и в сексуальном плане…

Нет, все же отдает какой-то сексуальной неудовлетворенностью.

Какой-то занозой. Деметриос прошелся по приемной. Ираида Викторовна неспешно собиралась, красила губы. Зачем-то включила телевизор. А, восьмичасовые «Вести» по «российскому». Хочет быть в курсе. Зачем ей? Жаждут все знать, любопытные, чтобы потом сплетничать.

Нет, все же определенно отдает какой-то сексуальной занозой! Деметриос вперился в экран. ИЛИ Я НИЧЕГО НЕ СМЫСЛЮ В ТОМ, ЧЕМ ЗАНИМАЮСЬ. Инцидент с Ермаковым случился на выставке. А выставка та была, как электричеством, пронизана скрытой эротикой.

И все, кто толпился в зале у этих древних бесстыдно обнаженных статуй, это чувствовали. Эрос в воздухе витал. Причем это был совершенно особый, темный эрос. Когда-то запретный, гонимый, предаваемый остракизму, ославленный молвой постыдным. Да и сейчас… даже в таком вольном городе, как Лондон… Что уж говорить про нас, про нашу бедную-несчастную, отсталую…

– Представляете, Чубайса назначили, – ахнула Ираида Викторовна.

– Куда назначили? – не понял Деметриос.

Он смотрел «Вести», но был глух, размышляя о своем.

– Какой-то госкорпорацией нанотехнологий руководить. Вот, слушайте, – Ираида Викторовна пудреницей, зажатой в пухлой ладошке, ткнула в телевизор.

– Чего у него нельзя отнять, так это таланта организатора и решительности, – машинально ответил Деметриос. – Везения вот только не было и нет, а для политика везение девяносто процентов успеха. А у нас энергичных, жестких организаторов вообще катастрофически не хватает.