Black u0026 Red

Слишком много всего, слишком много…

И теперь еще это…

Бедный Жуковский, вот тебе и сеансы у психолога…

Отправляясь на Воробьевы горы, Катя уверяла себя, что это суицид – Гущин так сказал, однако КАК-ТО НЕ ВЕРИЛОСЬ. Потом она вспомнила, что Жуковский – в какой-то мере через свою жену родственник ее друзей Марка и Нины. А затем вспомнила и его брата.

Тело, когда они прибыли, еще не успели увезти. Осмотр места шел полным ходом. Первое, что Катя увидела, была машина – черный «Фольксваген». На нем Владимир Жуковский приезжал к Деметриосу.

Кто-то тронул ее за плечо. На месте происшествия было много сотрудников, и все незнакомые, потому что здесь, на своей «территории», командовал МУР. Катя оглянулась и увидела Ануфриева, который когда-то «курировал» от ФСБ дело об убийстве родственников генерала Ираклия Абаканова. С тех пор прошло время, но Ануфриев изменился мало. Только залысины стали больше.

С Гущиным Ануфриев поздоровался за руку.

– Потерпевшего обнаружил студент, пробежку утреннюю тут по аллее совершал, ну и на труп наткнулся, чуть в штаны не наложил со страха, – сказал Гущину коллега из МУРа – старший опергруппы «москвичей». – По предварительным данным, смерть наступила двенадцать часов назад.

– Несоответствия? – Гущин сразу же повернул в ту сторону, где лежало тело."

"Катя увидела ноги в траве, подошвы щегольских ботинок. Дальше, выше старалась не смотреть. Земля была насыщена влагой. Дождь прекратился. Но с веток лип, дубов и берез капало, капало за воротник.

– Оружие мы нашли рядом с ним, – показал муровец.

По его команде двое оперативников повернули тело. Жуковский был в костюме – том самом, синем. Но костюм этот был весь в грязи. Оперативники расстегнули рубашку – на груди Жуковского были множественные синяки, а в области солнечного сплетения большой багровый кровоподтек.