Безжалостные люди

 — Но если бы ты прислушался к моим словам и вместо этого попытался помириться с Мелоди, ты бы использовал свой доступ к файлам Джованни и сделал свою домашнюю работу над тем, что случилось с Мелоди и ее матерью.

Я застыл, не понимая, какое отношение к этому имеет Авиела Джованни. Она умерла много лет назад.

— Подумай об этом, а потом возвращайся к ней. — С этими словами он вышел из комнаты.

Заняв место за одним из немногих компьютеров, не взорванных до небес, я открыл информацию о матери Мелоди.

19 МАРТА: РЕЙС 307 ПОТЕРПЕЛ КРУШЕНИЕ В АТЛАНТИЧЕСКОМ ОКЕАНЕ; ОДНА ВЫЖИВШАЯ, ШЕСТИЛЕТНЯЯ МЕЛОДИ НИККИ ДЖОВАННИ.

— Черт, — пробормотал я себе под нос, прочитав название, но стало только хуже.

ПРИМЕЧАНИЯ:

По воспоминаниям юной Мелоди, в самолете было четверо мужчин, которые встали посреди полета и начали стрелять, требуя, чтобы Авиела Джованни, жена Босса, показалась. Миссис Джованни с помощью своего телохранителя поместила Мелоди в одно из верхних отделений прямо перед тем, как их обоих застрелили. Мужчины, которых позже опознали по татуировке V на руках, были Валеро.

Мелоди объяснила, что, поскольку она молилась, они решили, что позволят Богу решить ее судьбу, и бросили ее обратно в океан, где она удержалась за обломки самолета. Уезжая, они сказали ей, что если она выживет, то присоединится к «Валеро», когда станет постарше.

Босс обнаружил свою дочь на следующее утро, цепляющейся за одно из сломанных крыльев самолета. Самолет был сожжен до неузнаваемости, а тело миссис Джованни так и не было найдено.

Мелоди была жива, но страдала от переохлаждения, и у нее развилась сильная охлофобия16, от которой она до сих пор не оправилась. С помощью терапии это может со временем уменьшиться.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКСПЕРТОВ: АВИАКАТАСТРОФА СЛУЧИЛАСЬ ИЗ-ЗА ОТКАЗА ДВИГАТЕЛЯ.

— Черт, — я вздохнул, проводя руками по волосам.

Мой разум был в таком беспорядке. Я не мог ясно мыслить, все, что я мог видеть, это более молодую версию моей невесты, цепляющуюся за крыло посреди гребаного Атлантического океана.

В темноте. Точно также, как я, блядь, оставил ее.

— Черт.

Мой отец был прав. Мне действительно нужно извиниться, что вряд ли что-то изменит. Этого будет недостаточно. Ничего не было бы достаточно, и мне больше нечего было делать.