Безжалостные люди

Она упала на спину, и как раз в тот момент, когда я собиралась схватить ее за волосы, веревка обвилась вокруг моей шеи, лишая меня жизни.

— Я ждал этого с первого дня, как увидел тебя, — прошипел Райан мне в ухо, пока я боролась за воздух. Этот придурок вцепился мне в грудь. — Я думаю, что оставлю тебя без сознания только для того, чтобы ты могла проснуться и почувствовать меня в себе.

Как раз в тот момент, когда все потемнело, его хватка на мне исчезла, когда его тело упало обратно на землю с пулей в черепе. Лиам стоял передо мной, раздувая нос, как бык.

— У Вэнса был мотоцикл, он уехал, — сказал Лиам, но я знала, что он был зол. Он хотел, чтобы это было сделано вчера.

— И ты никогда его не поймаешь, — сказала Сейдж со своего места под нами… Где ей, блядь, и следовало быть.

— Ты скоро умрешь, поэтому я собираюсь сообщить тебе этот маленький забавный факт. — Я наклонилась, заглядывая ей в глаза. — Это будет больно, ты будешь плакать, и как только твоя душа покинет твое тело, ты будешь взывать к Богу, и даже Он не проявит к тебе милосердия.

С этими словами я ударила ее прямо в лицо, и ее глаза закатились.

Лиам ухмыльнулся, бросая мне свой телефон.

Угадай, кто едет к нам, — гласило сообщение. Я терпеть не могла гадать, но только на этот раз мне было бы приятно подыграть.

ЛИАМ

— Вэнс-Вэнс-Вэнс. — Я улыбнулся связанному мужчине с кляпом во рту, стоящему передо мной. Он выглядел таким слабым, таким… не стоящим моего времени. Как вообще могло быть время, когда я осмеливался беспокоиться о нем. Он был сексуально извращенным стариком с русскими друзьями.

— Я мечтал убить тебя с детства, — сказал я ему, вытаскивая кляп у него изо рта. — Я думал о том, сколькими способами я мог бы уничтожить тебя, и я должен сказать, что это был один из таких способов.

— Ты думаешь, это конец? — Спросил Вэнс, и Мел ударила его в челюсть.

— Любимая, он мой, чтобы выбить из него дерьмо. — Я нахмурился на нее. Закатив глаза, она подняла руки, прежде чем прислониться к дереву, а Сейдж опустилась перед ней на колени.

Наши люди собрались вокруг нас, все наблюдали за происходящим с радостью, гордостью и, самое главное, волнением. Они выросли, чтобы либо наслаждаться моим методом пыток, либо молча ненавидеть его.