Безжалостные люди

— Нет, Лиам, я не был в курсе. Похоже, это был хорошо охраняемый секрет, но объясняет недавний рост империи Джованни, — ответил он, казалось, тоже несколько сбитый с толку мыслью об этом.

— Ни хрена себе, за всем этим не может стоять девушка, — сказал Нил, как ребенок.

— Тогда отведи нас к ней, — приказал я девушке, и она кивнула. Я хотел бы увидеть эту Мелоди и узнать, действительно ли она была тем Боссом, которым они осмелились ее назвать.

— Седрик, могу я на минутку перекинуться с тобой парой слов?

Мой отец кивнул, больше не заботясь о том, что я решил сделать.

В последний раз я повернулся к Орландо, который даже не потрудился оглянуться, когда мы уходили. Должно быть, это был мрачный день для него. Он потеряет компанию и дочь. Но я не жалел его — он и так скоро будет мертв.

Гадкий утенок не говорила и даже не пыталась дышать, пока мы не дошли до конца зала, который охраняли двое людей Джованни. Краем глаза я увидел, как Деклан и Нил медленно потянулись к своим пистолетам. В левой руке Деклана был его мобильный телефон, готовый вызвать больше людей, если это был трюк.

— Сэр, — мужчины взглянули на меня, прежде чем открыть дверь, только чтобы показать лифт с Феделем Моррисом внутри. Он был незаконнорожденным сыном Джино Морриса, одного из гребаных ублюдков, у которых хватило наглости ворваться в наш конспиративный дом и убить пятнадцать наших людей шестнадцать лет назад.

— Это все, что я могу сделать, сэр. Было приятно быть полезной, — сказала нам Адриана, снова коротко поклонившись мне, прежде чем отступить.

— Мистер Каллахан, — сказал пес с наигранным уважением, освобождая для нас место в лифте.

В тот момент, когда мы все оказались внутри, Нил сделал шаг рядом с ним, явно ища повода нажать на курок.

Все, что мы могли услышать, когда вышли из лифта — это как мужчина хватал ртом воздух, а вокруг него плескалась вода. Мы были на уровень выше того места, где они пытали мужчину водой. Подвал представлял собой всего лишь один гигантский тренажерный зал с боксерским рингом в углу. Они убрали все на первом этаже, чтобы освободить место для своего пленника.