Бездна в твоих глазах

Становится холодно, дрожат пальцы и стучат зубы, а во рту привкус горечи, словно полыни наелась. Тимур мой первый настоящий мужчина, по крайней мере, я так его представляла. Дура! Боже, какая я идиотка! Унижалась перед ним… А главное, что хочется ещё. Хочется позвонить и вновь пытаться оправдаться. Но я сдохну от боли, а больше не позволю себе это сделать!

ГЛАВА 27

Глава 27

Тимур

Не терплю предательства и лжи, особенно от женщин. Я стал параноиком в этом отношении. Меня уже жёстко предавали, лгали, изворачивались и втаптывали в грязь.

А самое отвратительное, что я долгое время оставался слепым, безоговорочно верил своей жене и продолжал ее любить, когда она этого уже не заслуживала.

После этого я перестал верить кому-либо и стал более агрессивен к любому проявлению лжи, даже той, что во благо. Я исключил из своей жизни понятия «верность» и «любовь». Продажные девки и мимолётные связи в сто раз честнее.

Меня жутко ломало после того, как жена и мой «папочка» сделали из меня рогатого влюбленного лоха! Настолько ломало, что я в прямом смысле бился головой об стены, чтобы выбить из себя желание убивать.

Мне казалось, я тогда сдох и теперь гнил, воняя смрадом. И если бы тварь, которой я отдал душу, не спряталась бы, я её мучительно убивал бы. Самое хреновое во всем этом было то, что меня предали самые близкие в моей жизни люди. Ближе некуда.

Наверное, тогда я полностью поменял свои приоритеты и взглянул на жизнь более трезво.

Я стал волком-одиночкой. Так проще жить. Нет привязанностей — нет уязвимых мест…

Когда я встретил Лису и узнал ее поближе, показалось, что все может быть иначе. Нет, я не смог вот так просто взять и поверить ей. Я параноик, который следил за каждым ее жестом, взглядом и всей жизнью в целом, чтобы убедиться, что моя бывшая тварь-жена и Даша — это не просто разные люди, это разные вселенные. Называйте меня как угодно: психом, параноиком, идиотом. Я оставлял на Даше засосы и следы от моих грубых ласк, метя ее, как животное, чтобы все знали, кому она принадлежит.

С ней я хотел заново поверить, что женщины бывают разными. Потому что видел пример сестры Даши и то, как отчаянно и преданно Лера любит Артура. Хотелось верить, что Лиса такая же. Надоело быть одиночкой, надоело жить с чувством, что вокруг одни твари, хотелось дать, мать их, себе ещё один шанс.

Пять лет я убеждал себя, что любви не существует.