Без любви не считается

Вова уже стянул футболку, Рома красный, как вареный рак, что делает его даже симпатичнее.

Звучит следующий трек, стиль немного отличается от всего, что звучало ранее. Ритм медленнее, но жестче. Брови Ромы и Вовы нахмурены, взгляды воинственны. Темп и подача вводят в недолгий ступор, народ радостно машет руками под стилизацию уличного рэпа прямиком из двухтысячных.

Дима пятится к столу, и я не сразу понимаю, что происходит. Из толпы выныривает Рождественский и сжимает кулаки.

– Я просил убрать ее из программы! – рычит он, грозно глядя на Диму.

– И я передал твою просьбу, но мы отвергли ее на общем совете!

– Что за общий совет без меня?!

– Спокойно, братан! В конце концов, этот трек больше не твой, и слушателям он нравится! Только посмотри!

Парни и девушки у сцены открывают рты, четко попадая в слова. Отдача эмоций такая, что даже мурашки бегут по телу.

Точно бинты плачут кровью, но не долго!Раны заживают быстро, как у волка!Жадно впитывая витамин, один на одинВ лабиринте твоих руин!Марк недовольно раздувает ноздри и смотрит на меня.

Его трек? Текст тоже его? Неужели я смущаю серого жителя леса? Запрокидываю голову, изображая воющего волка, и хихикаю под хмурым взглядом Марка, но проходит всего мгновение, и он сбавляет обороты. Хороший мальчик.

Рома и Вова вновь зачитывают куплет и на середине убирают от лиц микрофоны, направляя их в зал. Толпа скандирует строки, и Марк прикрывает глаза, ненадолго замирая. Нет выше похвалы, чем безоговорочное принятие, когда не хочешь менять что-то или добавлять, когда созданное находит отклик в сердце и душе.

Как бы Марк ни ершился, ему льстит то, что происходит. Собираюсь встать, чтобы подойти к нему, но меня опережают. Невысокая светловолосая девушка в алом коротком комбинезоне по-свойски хватает Марка за руку, оборачивая тонкие пальцы вокруг его татуированного предплечья. Марк смотрит на нее и что-то говорит, лукаво улыбаясь, а я откидываюсь на спинку стула, вжимая лопатки в тонкие металлические перекладины. Не так уж и долго Рождественский в одиночестве бродил. Хотела бы я удивиться, но еще не отупела до такой степени. Неделю назад он точно так же подцепил Дарину, потом меня. Общения ему не хватает, яйца гудят. Бедняга.

– Ник Мышелов! – кричит алая подружка. – А можно фотку?!

– Конечно! – довольно вопит Коля, вскакивая со стула.

Девушка тянет Марка за собой, но он освобождается от ее хватки и отправляет на фотосессию одну. Оборачивается и натыкается на мой внимательный взгляд.