Бесноватый цесаревич

– Каково это ничего не помнить? – Юля даже придвинулась ко мне поближе.

Кто же из девушек откажется от сопричастности к самой настоящей тайне. Надеюсь, что мой план не ошибка, и Юля не побежит рассказывать новость всему Петербургу. Девушка она совсем молодая и может поделиться с кем-нибудь по незнанию. С другой стороны, сразу догадалась, что я изменился, но никому не сказала. И мои слова о потере памяти восприняла без удивления, значит, что-то подозревала и ранее.

За окном послышалась барабанная дробь, гвардия Павла возвращалась с маневров.

На самом деле, гвардией эти войска не были. В данный момент с маневров возвращался батальон пехоты. Знаю из истории, что гатчинские войска не являлись потешным войском. Выучка и дисциплина у них были чуть ли не лучше гвардейских частей. Загадка: почему Павел не смог опереться на верные войска во время заговора? Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Пока у нас на повестке дня вербовка агента Юлианы-Генриетты.

Под нарастающую барабанную дробь и топанье сотен ног я кратко изложил наскоро слепленную легенду.

Очнулся, почти ничего не помню, есть какие-то обрывки воспоминаний и эмоций. Добавил немного мистики, что после потери сознания моя душа долго блуждала в темноте. Зачем-то придумал рыцаря на белом коне, который разрубил тьму своим пылающим мечом. Еще наврал про то, что мой спаситель напутствовал меня словами: «Возвращайся и бейся с силами тьмы». Сам удивился, когда ляпнул подобную дичь. Посмотрел на публику. Публика в лице Юли была в состоянии экстаза.

– Это был архангел Михаил, – прошептала она. – Перед миропомазанием мы с отцом Серафимом много обсуждали Ветхий Завет. Значит, вас благословил покровитель православных воинов.

Сразу пожалел, что выдумал рыцаря. Не могу еще привыкнуть, что сейчас конец XVIII века, а не обезображенный цинизмом двадцать первый. Если уж в мое время многие верили снам, всякого рода знамениям и прочей чуши, то что говорить про время нынешнее. К тому же Юля – девушка явно романтического склада, мои слова упали на удобренную почву.

Надо поворачивать разговор в мирное русло. Только как? Судя по затуманенному взору, мысли моей супруги были далеко или, скорее всего, высоко. Пора спускать ее с небес на землю и приводить в чувство, мне еще религиозной фанатички рядом не хватало."

"Хотя вопросов у супруги было тысячи, решили к мистике пока не возвращаться. Попросил рассказать обо мне, чем вызвал небольшую заминку. Десяти секунд хватило, чтобы Юля собралась и начала рассказ.