Бесноватый Цесаревич 2

У Александра детей нет, а такие люди, как Константин долго не живут, — начала объяснять Жеребцова, — Юлия, если верить слухам, такая же сумасшедшая как её супруг, либо находится по его влиянием. Она ни с кем не общается, кроме своей фрейлины Жегулиной и некоторых дам из фонда. Более того, она ни на миг не покидает своих детей и намерена лично заниматься их воспитанием. На мнение окружающих она совершенно не обращает внимания, также как её супруг. Ты уверен, что Англия хочет лет через двадцать увидеть на русском троне Императора, который искренне её ненавидит, как завещал его одержимый бесами отец?

Кем угодно, но дураком Уитворт не был.

Причина его успеха на ниве дипломатии заключалась в том числе, что он умел выбирать союзников и прислушиваться к их советам.

-Ты уже приняла решение, душа моя. Давай вместе подумаем, насколько это полезно.

-Нужны люди в окружение Юлии, вернее, Анны Фёдоровны. Опытный человек, который будет постепенно вкладывать ей в голову правильные идеи. Заодно не помешает поссорить и отдалить супругов друг от друга.

С учётом их молодости и неопытности в житейских делах, сделать это будет несложно. И у меня есть два человека, которых можно ввести сначала в круг фонда, а потом приблизить к Юлии.

-Я не против, — ответил посол, — Только не забывай о её муже. Он действительно очень странный человек и иногда пугает своими поступками. Если его отец крайне непоследователен, то Константин абсолютно непредсказуем. А в политике такие фигуры особенно опасны.

-Мне кажется, ты слишком его переоцениваешь.

Но осторожность в любом случае не помешает. Ещё нам необходимо знать, что происходит в Новгороде. Я тут задумала одну интригу, расскажу тебе, если получится.

-Что слышно о твоих братьях?

-Пока всё по-прежнему. Платон в Пруссии и неизвестно, когда ему разрешат вернуться. Николай и Валериан в опале и проживают в своих имениях. И это возмутительно, зная их заслуги перед Отчизной, — с жаром произнесла Ольга последние слова.

-Думаю, со временем всё образуется.

Иди сюда, а то я уже весь извёлся от одиночества, — улыбнулся посол и потянул в кровать свою любовницу.

Интерлюдия-3.

Сегодня у Николая всё валилось из рук. Последней каплей стал нагоняй, полученный от поручика Фитцнера. Он с трудом удержался, чтобы не наговорить в ответ дерзостей или чего похуже. Тем более Томас был прав, солдаты его взвода прошли эту треклятую полосу хуже всех. К ещё большему стыду надо признать, что он сам был одним из худших.