Грубиян на одну ночь

Между ног слегка саднит, мышцы в некоторых местах тоже.

Смотрю на свое отражение, расчесывая волосы, и понимаю, что мыть и укладывать их, у меня нет времени. Собираю их в обычный хвост, подцепив шпильками у основания. На ходу убираю остатки косметики с лица, заниматься макияжем, у меня тоже нет времени. Хватаю из шкафа первый попавшийся сарафан и обуваю сандалии. Выхожу из дома, крикнув:

— До вечера!

Припарковавшись рядом с “тойотой” Матвея, влетаю в лифт.

Мой оператор пьет кофе, вольготно устроившись в моем рабочем кресле за моим рабочим столом.

— Кыш… — бормочу, кладя на пол сумку и хватая второй кофейный стакан, принесенный им для меня.

— Шалом, — освобождает мое место. — Эмм… — почесывает затылок. — У нас съемка в аквапарке…. — с интересом смотрит на мое лишенное косметики лицо.

— Твою мать! — падаю на стул, доставая из ящика ежедневник. — Я забыла…

Брови парня изумленно ползут вверх.

— Ну… с кем не бывает… — тянет не убедительно, пристроив свое бедро к краю стола.

Черт! Черт! Черт!

— Все нормально, — говорю ему. — Я перенесу съемку.

— Я тогда… кхм… пошел?

— Да…

Запрятав руки в карманы джинсов, Матвей исчезает за дверью монтажной, но не раньше, чем бросает на меня еще один озадаченный взгляд.

Отбросив ежедневник, делаю глубокий вдох.

Включив компьютер, захожу на корпоративный портал, стартовую страницу которого сегодня украшает наше совместное с Миллером фото, сделанное на ярмарке в прошлую пятницу.

"У нас была куча совместных фото. Целые гигабайты фотографий из другой жизни, которые я давно потеряла где-то на разных носителях, но глядя на этот снимок, не чувствую никакого эха или розовых слонов под кожей. Только раздражение на Миллера за то, что он растиражировал это фото на весь гребаный город!

Если ему плевать на чувства своей психованной жены, то мне на них, и подавно, плевать, но столкновение с ней мне нужно не больше, чем новая мозоль.

— Ты опоздала, — слышу не особо угрожающую претензию.

— Исправлюсь, — смотрю на Миллера, развернувшись вместе с креслом.

На нём джинсы и заправленная в них белая рубашка. Свободный стиль, который наш гендир позволяет себе нечасто. Гладко выбритое лицо пышет деловой хваткой и умом, которого у него хоть отбавляй, но теперь склад его ума вдруг меркнет для меня на фоне Глеба.