Белое солнце дознавателей

– М-м-м… я всё же думаю, он торопится…

– Он боится. Того, что могло произойти. Если татуировка позволит убрать страх, почему нет?

– Может быть, потому что вы наказаны? Потому что сир Блау никогда не одобрил бы поездку в Керн по такой причине? – язвительно добавила Фей.

Наказание дяди за самоуправство было изощренным и нудным. До конца учебного года я – помощник Гебиона Лидса, чтобы наконец научилась понимать ценность артефактов. Он так и не простил мне открытия Хранилища для вассалов. Даже горцев, которых он не переносил на дух, и которые целую декаду торчали на нашей территории перенес легко.

– Тем более, нужно съездить, пока дяди нет, – пробормотала я тоскливо. Артефакторика давалась мне сложно, и было совершенно бессмысленной тратой времени, но дядя стоял на своем. Нести ответственность за свои поступки – именно этого по его мнению мне не хватало.

Теперь этой ответственности у меня на двадцать четыре стандартные заготовки колец.

– Ох, Вайю, – Фей сдвинула приборы на столе, неосознанно выровняв их в две линии, как делают опытные алхимики, поправила и поменяла местами пиалы и тарелки, как будто это чаши с ингредиентами.

Я фыркнула.

Дядя отбыл к Хэсау утром. На церемонию обретения кланом нового Главы. Мне даже не дали посмотреть приглашение от родичей – я была наказана и сидела дома. Уверена, если бы не это, дядя выдумал бы какое-то наказание тотчас же.

Наказанием это не было – это было защитой.

– У-и-и-и-и… – визг Винни был таким громким, что потревоженные птицы застрекотали разом, юная целительница бесполезно заохала, поднос у слуги накренился от неожиданности, и он чуть не уронил все на пол.

– Опять, – Фей подняла глаза вверх с мученическим видом.

Я спрыгнула с кресла, в ответ на беспомощный взгляд целительницы – этот ритуал у нас уже был отработан до мелочей.

"Винни всегда хотела то, что было у Зи. А Ремзи любил кубики. Не знаю, почему такая любовь именно к кубикам, но если он что-то хотел – брал молча, и не отдавал никому, пока не приходила я – это мы вычислили опытным путем, после нескольких бесплодных попыток заткнуть Винниарию. Так часто, как в первую декаду, я не кастовала купол тишины никогда.

– Уииии… Уииииии…, – рыдала Винни, протягивая руки к вожделенной игрушке.