Белое солнце дознавателей

Вместо привычного круга по второй кольцевой, когда можно было полюбоваться лавочниками – мы ушли сразу на первую – и почти доехали до окружной, причем по дороге нам попадалось совсем мало народу, как будто Тир выбирал самые пустые улочки.

– Чишшш... – я натянула поводья и потрепала недовольную Фифу по голове – пропустив шелковистую шерсть между пальцами. Фифа переливалась на солнце, как жетон дознавателей – белоснежным светом – и явно чувствовала себя превосходно в Хали-баде. – Кому вы перешли дорогу, Тир?

Кантор ответил не сразу – отвлекся, глядя в сторону пустыни, и мне пришлось повторить вопрос.

– Никому. С чего ты взяла, Блау.

Я снова нежно почесала Фифу между ушами, щурясь от солнца – день обещал быть жарким. Очень. Жарким.

– Потому что сегодня ты одел верхнюю часть доспеха под халат? У тебя выглядывает край сверху в вороте, – пояснила я любезно. Тир потянулся и тут же поправил воротник. – Если мы ждем нападения, я хочу знать об этом. Кто. Откуда. Чтобы понимать, как действовать.

– Не нужно действовать, Блау – только не это, – саркастично ухмыльнулся этот засранец, – Хали-бад не переживет.

– С каких это пор десятый не справляется со сбродом?

– Легионеров много, но и закоулков много. Турнир. Толпа. Никогда нельзя быть слишком предусмотрительным.

– М-м-м... Поэтому вы ночью устроили показательные выступления с Фейу?

В это единственное утро на юге Фей-Фей встала раньше меня и даже успела выпить чаю.

– У всех Фейу взрывной характер.

– Взрывной.

– Марша не приветствует идею будущей помолвки.

– Не приветствует.

«Что я могу сделать?» – Тир с сожалением развел руки в стороны и пожал плечами.

– Зачем? – повторила я отчетливо.

– Радовалась короткой передышке, – оскалился он в улыбке.

– Фейу? Несомненно. Ей даже не пришло в голову понять, что поругаться с тобой невозможно. Если ты не захочешь этого сам. Точнее, – я развернула Фифу к нему, чуть потянув поводья, – если тебе это не выгодно.