Бархатистые прикосновения

Пока она не жалела об этом: и быстрая езда, и вид усадьбы, окруженной садами и газонами, привели ее в приятное волнение. Что же будет дальше? Ответ последовал незамедлительно.

Из- за угла здания выехала колесница на деревянных колесах с металлическими обручами, запряженная не лошадьми, а здоровенным голым мужчиной. Возница -богатырского телосложения женщина в красных кожаных доспехах и черных длинных перчатках - натянула вожжи и смачно огрела кнутом своего ""коня""."

"– Ох, как хорошо! Благодарю тебя, госпожа! - Прохрипел мазохист, стиснув зубы.

Пот струился с него градом.

– Громче! Не слышу! Что ты бормочешь, жалкий раб? - грозно вскричала его мучительница и, натянув поводья, снова огрела его кнутом. На лице страдальца отобразилось блаженство.

– Благодарю тебя, госпожа! Ты так любезна! - прохрипел он.

– Привет, Ракель! - крикнул Синклер и помахал рукой грозной даме в кожаных доспехах.

Она обернулась и вперила в него плотоядный взгляд.

Густые черные волосы разметались по ее могучим плечам. Большие груди выпирали из кожаной баски так, что были видны коричневые соски. Здоровенные ляжки прилипли к сиденью колесницы, покрытой позолотой. На ногах у нее были черные сетчатые чулки, держащиеся на красных подвязках. Промежность была голой, из-под густых волос на лобке проглядывали толстые срамные губы цвета лососины. Завершали картину высокие черные сапоги из искусственной кожи на шпильках.

Это была богиня, ведьма, жрица любви, разрушительница, соблазнительница и утешительница в одном лице. Это была госпожа Ракель собственной персоной, мастер экстаза и оргазма.

– Добрый вечер, Синклер, - хорошо поставленным голосом ответила она. - А ты, жалкий раб, стой спокойно и не дергайся! - прикрикнула она на мужчину, запряженного в колесницу, осмелившегося почесать свой исполосованный кнутом зад. - Иначе будешь наказан!

Раб затрясся от страха, закачался даже его набухший пенис под нависающим животом.

Мужчина был гол, если не считать сбруи и ошейника с цепочками, прикрепленными к колечкам, продетым сквозь кожу вокруг сосков. Поражали своими размерами яички - они были не меньше гусиных. Чресла его обтягивали ремни, соединенные пряжками с вожжами. Ракель спрыгнула на землю и, подойдя к рабу, встала напротив него, расставив ноги и подбоченившись.