Бальмануг. Невеста

А судя по тяжелым взглядам эйров они в этот момент думали примерно о том же.

Окончательно испугаться или подумать о предупреждающем устранении этих двух конкретных эйров, которые так неудачно узнали правду о камне, Балтмануг не успела, вмешался отмерший грын.

– Камын останытса у ыэры Хылэн. Так надо. Врэма прышло, – безапелляционно и громко заявил грын, заставляя вздрогнуть из-за резкого голоса.

Все присутствующие в просторном зале, а здесь собралась приличная толпа, глянули на возвышающегося горой голина.

"– Какое время? – вкрадчиво спросил Уеаткон.

Шитеры по-прежнему молчали, терпеливо не вмешиваясь в разговоры.

– Гдынорын должын быт сылный, когда прыдут ракасы! Ылы другыэ луды, – «пояснил» им всем грын, глядя с высоты своего роста.

Кажется, или у эйров сейчас отвиснут челюсти? Хотя у самой Бальмануг ощущения были не лучше.

– Прошу прощения, а ракасов тоже я?… Кхм, то есть они тоже из-за меня придут? – заранее ужаснулась Хелен.

Почему бы нет, с учетом закона подлости? Грын ранее говорил, что она будет частью всех будущих «пылохо». Кто знает, зачем припрутся еще и ракасы для полного счастья, но раз грын уже так пророчит…

«Ой-ёй-ёй!» – повторилась в заполошно мечущихся от испуга мыслях девушка, желая сейчас уже только одного – никогда не появляться в этом мире.

Пусть бы лучше умерла с концами в своем мире, если там так произошло, чем подхватывать и доживать чужую жизнь, полную неприятных сюрпризов, и вынуждено играть по непонятным ей правилам.

– Куда придут? В Брулмеп? Огерт? Куда именно? – сразу стал уточнять Уеаткон, опять подаваясь вперед.

Лернавай же сидел в своем кресле неподвижно и лишь прожигал нечитаемым взглядом Бальмануг, словно в происходящем была только ее вина, в ее же такой непростой судьбе.

– Суда. – Неопределенно махнул рукой грын.

– Когда придут? – не отставал от него Уеаткон.

– Сыкоро.

– Скоро по человеческим меркам или вашим? – Нашла в себе силы для уточнения Хелен.

Потомучто еще есть надежда, что «скоро» будет по голиновскому, то есть грыновскому измерению. Но для грына и сотня человеческих лет может быть «сыкоро». Зато Хелен к такому «скорому» приходу ракасов успеет благополучно умереть… от старости.