Бальмануг. Невеста

Затем Хелен покосилась на Шана и продолжила:

– Джан правильно сказал: люди такие слабые, потому что если излишне беречь слабое потомство, то в итоге с каждым поколением только хуже будет. Но я бы сказала так не про тренировки тела, а про развитие магии в первую очередь. Люди попросту теряют свои магические знания и навыки – по лени или глупости. Или по недоразумению. Сами виноваты. И ладно бы, но грын сказал, что придут ракасы. А дверги говорили, что ракасам раньше люди-маги противостояли, наравне с охранными духами.

– Хелен, а у тебя откуда такие сведения? – на этот раз поинтересовался Артам, через легкий прищур глядя на разболтавшуюся девушку.

– От двергов, конечно, они всё хранят и помнят, ни с одной библиотекой их знания не сравнить. Ваша Светлость, нам очень важно работать совместно с гевайн! – выдала опекуну под конец выдохшаяся уже Хелен. – Если мы не хотим встретить ракасов в центре Брулмепа. Ну, или где-то здесь, в Огерте...

Мужчины молчали.

– А я понял, почему духи выбрали на этот раз гдынорыном юную деву, – фыркнул вдруг Барион, поворачиваясь к Шану. – Потому что ни один маг-мужчина подобного бы не сказал. Не смог бы увидеть в чем их, аннская слабость и уж точно постыдился сказать такие слова вслух. Они же маги! – Еще одно презрительное фырканье.

Вот тут эйры ожили.

– То есть вы хотите сказать, что маги слабы на самом деле, даро Норби? – возмутился Артам, заерзав в кресле.

– А разве не так? – Приподнял брови на человеческий манер светловолосый шитер.

– Совершенно не так! – спорил Артам, подаваясь вперед."

"– Люди слабы, а магов у вас мало. И с каждым поколением всё меньше, – встрял нахмурившийся Шан.