Его Случайный Наследник

Мутить начинает. В последнее время часто такое накатывает. Нервы у меня сдают, когда Арсений резко делает шаг вперед и хватает меня уже и за второй локоть.

Притягивает к себе, а я носками туфлей торможу, но это не помогает. Парень сильнее в разы и когда его веснушчатое лицо оказывает прямо перед моим носом мне действительно становится дурно и даже страшно.

Такие, как Арсений избалованные детки богатых родителей, привыкли ко вседозволенности.

Чем больше я сопротивляюсь, тем сильнее вызываю его интерес и детское желание выпендрится.

42

— Хорош себе цену набивать.

Шипит зло, а я в его глаза смотрю бешенные и понимаю, что он мне просто житья не даст. Там злость и обида.

В мозгу всплывают мысли, но ни одна не дает ответ на то, как мне избавиться от этого недоноска. Его лицо катастрофически близко. Мы почти касаемся носами, и эта близость вызывает во мне только панику и омерзение.

— Сколько ты стоишь, Вишневская? Назови цену. Я заплачу.

Дергаюсь со всей силы, пытаюсь зарядить отморозку пощечину, но какое там. Держит так, что не выбраться.

Наконец Арсений отрывает взгляд от меня и смотрит на автомобиль, припаркованный за моей спиной. И я словно понимаю, о чем именно он сейчас думает.

Что мешает мажору закинуть меня в свою дорогущую тачку и увезти против воли?!

Внезапно вспоминаю рассказы Дианы о друзьях Ильи и каменею.

Не удастся, Вишневская, но запись всегда можно стереть — этот ответ я читаю в его глазах. Мне кажется я проникаю в его мысли и вижу как там механизм работает, как крутятся винтики и в голове Арсения высвечивается гениальный план.

Он хочет меня наказать. Может просто попугать. Все же не до конца же он отбитый, но от этого моей страха не становится меньше…

— Арсений.

Наконец выдаю фразу очень спокойным и тихим голосом. Нас учили, что с буйными пациентами нельзя кричать и демонстрировать эмоции.

Сейчас как никогда лекция Демьяна Васильевича моего любимого препода становится как никогда актуальной.

Я смотрю в глаза Арсения и доношу до его полыхающего сознания простую истину.

— От твоих пальцев у меня синяки на локтях останутся.

Мажор моргает.