Ария

"

"– Почему все едут через новый тоннель? – поинтересовалась я, когда мы остановились, пропуская обоз с боеприпасами. – Есть же еще один тоннель, старый. Твой отец и дед построили его еще пятьдесят лет назад.

– Он закрыт, – ответил Дарий, вновь разгоняя паромобиль, – после землетрясения скала пошла трещинами, и мы боимся обвала.

Несколько раз мы останавливались на постоялых дворах в небольших поселках, разбросанных по дороге. Я успевала лишь освежиться в обшарпанных дамских комнатах и быстро перекусить бутербродами.

Нескончаемым потоком в сторону фронта шли обозы, пешие ополченцы, ехали всадники. Мы обгоняли груженые пушками и оружием телеги, длинные вереницы навьюченных продуктами мулов. Обратно же тоненькой струйкой тек ручеек раненых. Самые тяжелые ехали на телегах, остальные шли пешком. После того, как я случайно встретилась глазами с одноногим солдатом, хромающим на костылях, для которого не нашлось места в повозке, я решила больше не смотреть по сторонам – столько презрения и боли было в его взгляде. Наверное, со стороны мы казались расфуфыренными вельможами, которым стало скучно в столице, и они решили поиграть в войну.

Солнце давно зашло, когда я увидела впереди длинную, растянувшуюся на многие мили, ленту огней. Второй фронт. Наконец. Признаться, я страшно устала от пыли, тряски и грохота паромобиля, единственным желанием было упасть на что-то горизонтальное и отключиться.

Машину Дария здесь знали. Солдаты, стоящие в карауле, пропустили ее беспрепятственно, даже не проверив, кто в ней сидит.

Мы въехали в лагерь, немного проехали по центральной дороге и остановились на площади перед длинной деревянной казармой.

Услышав шум от паромобиля, из двери вышел мужчина в форме. Я сама открыла дверцу, не дожидаясь, пока Дарий обойдет и поможет мне.

– Герр Канде, – произнес друг с улыбкой, – позвольте вам представить арию Денизу Крей, королевского мага и мою близкую подругу.

– Ария, – поклонился вояка, крепко пожимая мне руку, – вы очень вовремя.

– Почему? – я подошла ближе.

Лицо полковника было обветренным и усталым. Уголки глаз рассекали глубокие морщины. Но взгляд был пристальным и цепким, словно он уже примерялся, прикидывая, чем может быть полезна мелкая пигалица в роскошном платье.

– Потому что мы сегодня из второго фронта превратились в первый.

– Что? – не поняла сразу я, но через мгновенье до меня дошло.