Ария

– Зорг не справится, – начала уговаривать я, – что может сделать один маг с многотысячной армией?

– Нет!

– Пойми, мы отступаем, – продолжила мягко, склонив голову набок, – я обещаю, что буду осторожна и не полезу на передовую. Впереди каникулы, оружия я сделала столько, что работы сборочным цехам на недели. Вдвоем с Дарием мы сможем переломить ход сражения. По одному мы слабы, но вместе…

Эдвард был неумолим. Он странно выглядел, парадная королевская мантия, словно броня, окутывала его с ног до головы, делая незнакомцем.

Как же мне не нравилось это его состояние отрешенности и неуступчивости.

– Ты редкостный упрямец! – бросила в сердцах. – Простите, ваше величество, слегка погорячилась, – тут же исправилась с улыбкой, приглашая в шутливую перепалку.

Эдвард не купился. Он смотрел прямо мрачным немигающим взглядом, и я ничего не могла прочитать в его пустых глазах.

– Сегодня утром я разговаривал с матерью, – произнес он ровным невыразительным тоном.

Я ошеломленно моргнула, покачнувшись. Ноги ослабли, я прислонилась бедром к столу в ужасе глядя на короля.

– Мне срочно нужно жениться, так как рождение наследника является сейчас приоритетной задачей. Если со мной что-нибудь случится, страна останется без короля.

– Нет, – произнесла севшим голосом, – нет-нет.

– Я король, – Эдвард смотрел на меня сверху вниз, в его глазах я видела озвученный и вынесенный приговор, – я могу изменить правила. Это признала даже мать. Пора отменить древние устои. Ты умная, воспитанная, безукоризненная во всем. В твоих жилах течет древняя благородная кровь. Тебя любит народ, ты героиня в их сердцах. Завтра в газетах объявят о помолвке. Простые люди примут тебя с радостью. Заодно и изменим их упадническое настроение.

Король был бы не король, если бы одним махом не решал сразу несколько проблем. И личных, и государственных. Я мгновенно вспыхнула.

– То есть, ты уже все решил?! – оттолкнулась от столешницы и нервно забегала по кабинету, – ставишь перед фактом? А как же любовь? Чувства?

– Короли не женятся по любви. И да, я люблю тебя, – глухо отозвался Эдвард.

– Но я не люблю! Точнее, не так, как мужчину.

– Моей любви хватит на двоих.