Анонимные грешники (ЛП)

— Господи, Анджело, — бормочу я, сжимая губы зубами, чтобы не улыбаться. — Что случилось с линией на песке?

— Спроси меня о грехе.

Волосы у меня на затылке встают дыбом.

— Что?

— Грех, Аврора. Я знаю, тебе знаком этот термин.

В моем желудке бурлит холодный коктейль из смятения и раздражения. Его тон жесткий, а то, как он называет меня по официальному имени, ещё жестче. Я стискиваю зубы, уставившись на шевелящийся рот священника, несмотря на то, что не могу расслышать ни слова, которое с него слетает.

— Ладно, расскажи мне какой-нибудь грех, Анджело.

— Я убил своего отца.

Моя кровь превращается в лед. Я моргаю. Качаю головой. Но ничто не избавляет меня от шока.

— Я думала, он умер от кровоизлияния в мозг?

— Так и есть. Я выстрелил ему в голову, а потом у него пошла кровь из мозга."

"— Но почему? — шепчу я, эмоции сдавливают мне горло.

— Он был тем, кто заказал убийство моей мамы. Через несколько дней я узнала, что у него была шлюха из Дьявольской Ямы на стороне, и он хотел, чтобы наша мама была вне игры.

Я украдкой бросаю на него взгляд, и от того, как он беззаботен, у меня по спине пробегают мурашки. Он наклоняет ко мне голову, выражение его лица невозможно разглядеть из-за очков.

— Я также убил ее. Впрочем, это не самый страшный мой грех.

— Не самый страшный? — с трудом произношу я.

— Нет. Не говори об этом моим братьям. Они ничего не знают.

Воздух покидает мои легкие облачком конденсата. Дождь принес с собой резкое похолодание, и ледяной холод пробирается за вырез моего платья, дразня меня.

Мой взгляд впивается в грязь под ногами.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

Анджело плотнее натягивает зонтик вокруг нас, заманивая меня в ловушку своего мира тьмы и обмана. Он наклоняется ближе, его горячее дыхание касается моей щеки.

— Потому что ты должна знать, в какую семью вступаешь. Висконти не выполняют своих обещаний, и клан Бухты в частности, — он издает горький смешок.

Мой пульс учащается, хотя так не должно быть. И когда его мягкие губы касаются моей холодной щеки, все, что, как я думала, я знала о добре и зле, испаряется из моего мозга.

— Ты одноразовая для Альберто, — рычит он, его тон ещё мрачнее, чем раньше. — Он все равно трахнет тебя, а потом будет делать, что захочет. Они мужчины мафии, Аврора.