Аннулет. Книга 5 – Паладин

— У пулемёта закончились ленты, — подошёл красный от злости командир одного из отрядов наёмников, — удивительно сильный алтарь. Вы обещали помочь!

— Сейчас сделаем, — недобро усмехнулся Волков и повернулся к Андрею:

— Всё-таки не обойдёмся без ритуала!

— Почти сто человек, — Полозов окинул взглядом наёмников, — пусть соберутся в одном месте. И уточни — все одели амулеты?"

"— Все отходим к нам, — крикнул Волков, — собрались вместе! У всех амулеты на шее и касаются кожи? Вы же не хотите погибнуть из-за своей глупости и неосторожности? — Наёмники начали проверять амулеты, которые им выдали перед вылазкой, и собираться около дворян.

Полозов поднял руки и полностью сосредоточился на ритуале. Заклинание было сложным и требовало точности и внимания ко всем мелочам. На его изучение ушло больше пяти лет, но чтобы привести его в действие, достаточно было трёх минут. Когда заклинание было сплетено, ему потребовалась прорва энергии, которую не так просто было найти. Однако вокруг стояла почти сотня готовых батареек, которых соединяли с заклинанием жгуты с амулетов.

Резко взмахнув рукой, он привёл заклинание в действие, разом опустошив тела наёмников, которые мешками свалились на землю. В руке Андрея появилось огромное энергетическое копьё, видимое даже не магическим зрением. Оно дрожало от желания, ощущая рядом алтарь, полный такой сладкой энергии. Размахнувшись, Полозов запустил его в сторону здания. Оно выпьет защиту, затем, найдя алтарь, выпьет и его, после чего на том месте образуется окно в их мир, куда они и отправятся.

Владимир и Андрей смотрели, как копьё погружается в защитное поле. Оно начало трещать от напряжения и истончаться. Магическое освещение замерцало и погасло. Оставалось совсем немного до победы. Скоро путь домой будет открыт.

Но в этот момент из-за дома выскочила человеческая тень, которая метнулась навстречу копью.

Глава 19

Глава 19

Вечер в горах наступает рано, тем более, в начале весны.

Когда оставалось время, я старательно читал всю информацию, но честно признаюсь — меня бумажная работа вгоняла в тоску.