Американец, но все-таки русский

Полковник ровным голосом отчеканил:

— Главный военный советник той страны, которой принадлежали сбитый вертолет и экипаж.

— Это меняет дело. Ува передал наши условия?

— В общих чертах. Хотелось бы услышать их из первых уст.

— Пожалуйста. Мы требуем за каждого члена экипажа по одному миллиону долларов.

— Понятно. У меня к вам несколько вопросов.

— Слушаю.

— Во-первых, такую сумму моментально на счет дипломатической миссии перевести нельзя. На это нужно некоторое время.

— Мы все понимаем и готовы немного подождать, — спокойно ответил абонент.

Краснов потянулся за сигаретами, нащупал пачку. Связист, стоявший рядом, щелкнул зажигалкой.

Выпустив клуб табачного дыма, советник попросил:

— «Брасс», обозначьте максимальный срок по выплате. Нам так будет удобнее.

— Трое суток. На четвертые вместо троих пленников останется двое.

— Понял вас. Следующий вопрос. Вас интересуют наличные или перевод на банковский счет? Со счетом было бы проще и быстрее.

— Нет, только наличные.

— Где и как состоится обмен?

— Об этом я сообщу вам накануне сделки.

— Еще один вопрос. Мы хотели бы получить доказательство того, что наши летчики живы и действительно находятся у вас.

— Разумное желание. Во время следующего сеанса связи мы пригласим к микрофону одного из пленников, и вы сможете поговорить с ним. Такой вариант вас устроит?

— Да, вполне. И последнее.

— Слушаю вас, господин советник.

— Когда состоится следующий сеанс?

— Сегодня в восемь часов вечера. Я искренне надеюсь на то…

Внезапно ровный и уверенный голос абонента оборвался. Вместо него в эфир пробились резкие звуки выстрелов, грохот падающей мебели, чьи-то крики. Потом вдруг наступила тишина.

Советник нахмурил лоб, потеребил в руках микрофон, переглянулся со связистом и позвал:

— «Брасс», я «Ноль второй». «Брасс», ответь «Ноль второму».

«Брасс» молчал.

Глаза Власова привыкли к темноте.

То помещение, куда они попали, было не коридором, а скорее большой прихожей. В одном углу стоял зеленый ящик из-под патронов, в другом — два автомобильных аккумулятора. Из прихожей прямо и влево уходили два коридора.

— Лисин и Конопко прямо, Стрельцов со мной налево, — прошептал товарищам командир.