Анахрон

У нас тут под боком ЛАЭС, так что с учета вас еще нескоро снимут…

— Все–то ты, Федор, знаешь. И мышление у тебя какое–то тотальное. Прямо как геббельсовская пропаганда тебя вскормила.

— Я смотрю на жизнь реально, Сигизмунд Борисович. Без иллюзий. Давайте вон в ту подворотню, там проезд лучше…

* * *

Сигизмунд не успел.

Как и планировал, уехал с работы пораньше. Зашел в гараж, переоделся в ватник, взял железные заграждения и красные тряпочки, ломик, припасы с запиской Лантхильде — и пошел. Было стыдно идти по улице без бойкого Федора Никифоровича.

Однако Сигизмунд старался. Шел как гегемон, глядел строго, исподлобья. Никто не оборачивался ему вслед, и потому он довольно быстро успокоился.

Установил ограждения, сдвинул крышку.

— Ходют тут, двигают, у меня вон телефон отключен — кабель небось нарушили,

— забранилась над ухом Сигизмунда какая–то бабка.

— Иди, бабуся, куда шла, — посоветовал Сигизмунд и для надежности сплюнул.

— Кабель твой вон где проходит. Небось, за неуплату телефон отключен.

— Ой, какой умный нашелся! Он еще советует! Сам заплати за телефон!

— Сейчас я тебе газ перекрою! — пригрозил Сигизмунд. — Иди, иди отсюда!

Бабка, поверив, свалила.

Так. Спуститься в люк. Открыть… Потайной ход. Фильм «Зорро». Сигизмунд не сразу нашел, куда ногой ступать, на что ногой давить. Внезапно открывшаяся дверь едва не вмяла Сигизмунда в стену. Он выругался — уже непритворно.

Коридор. Что–то долго идти… А, нет, вот предбанник. В одиночку ходить здесь было жутковато.

Не оставляло ощущение, что за спиной кто–то крадется. Привыкайте, Стрыйковский. Теперь это ваше хозяйство.

Посветив фонариком, Сигизмунд открыл дверь и оказался в предбаннике. Тишина стояла такая, что в ушах звенело. Памятуя о провале «ликвидационного» колодца и заранее пятясь от него, Сигизмунд нащупал на стене выключатель и включил свет.

Здесь ничего не изменилось. Самой жутью веяло от провала в полу. И в то же время сооружение вселяло странное чувство защищенности: прямо «волчье логово», хоть атомную войну здесь пережидай… Или, скажем, аварию на ЛАЭС.

И никакой военкомат не доберется. Ишь удумали, падлы, старых мужиков на убой посылать. Лопатой, видите ли, махать еще могут, а детей делать уже не станут. Хрена вам лысого! Клал я отсюда на всех с большим прибором! Они еще тут просчитывать будут, сколько мне лет осталось детей делать! Вот ведь суки.

Сигизмунд прильнул к окуляру «перископа», памятуя наказ. Вот оно, масонское посвящение.