Анахрон

Сигизмунд опустил голову, тоже посмотрел на свои ноги.

— Не дала, что ли? — насмешливо осведомилась Аська. — Что ты в брюках–то залег? Ну ты и извращенец, Морж… Она там что, тоже в колготках лежит?

— Не знаю… Где тебя носило?

Сигизмунд сел напротив Аськи. Отнял у нее сигарету, затянулся.

— Верни! — потребовала Аська. Он отдал.

Аська была зла. Точнее, она была в ярости.

— Что ты тут делаешь, Морж?

— Дрочу! — заорал Сигизмунд. — Где тебя, идиотку, носило? Руки бы отсохли — домой позвонить?

— Там телефона не было! Что ты орешь на меня? Ты мне кто — мама родная, чтоб тебе звонить?

— Мы тут!.

"— Да пошел он в жопу! Не до него. Слушай, Морж, а что ты разоряешься? Испугался?

— Да! Испугался! Тут… А ты!.. Дура.

— Да у тебя–то что случилось? — спросила Аська отстраненно.

— Ты у меня случилась, ты!.. Не было тебя сколько, не знали, что и думать… Мы ведь утром уже в ментуру собрались… Все морги обзвонили, идиотка…

Аська слушала, казалось, с любопытством.

— А что тебя, Морж, так заело–то? Раньше месяцами не звонил… Что тебе до меня?

— Весь мир — срань, да? — с новой силой заорал Сигизмунд.

— Да, — сказала Аська уверенно.

— К херам твой мир! Поняла?

— А у тебя что, получше есть, что ли?

— Нет, — признал Сигизмунд.

— Ну и заткнись, — оборвала Аська.

— Где ты была? — угрюмо спросил Сигизмунд.

— Слушай, Морж, сделай мне чаю, — попросила вдруг Аська.

Войдя на кухню, Аська остолбенела. Перевела взгляд на Сигизмунда. Сказала неуверенно:

— Что–то я такого не припомню… Неужто мы так гудели?

— Это я, — сказал Сигизмунд, чувствуя непонятную гордость.

Аська поглядела на него с восхищением.

— Ну ты, Морж, бля, даешь! Чего ты так взъярился–то? Виктория не давала, а ты, значит, на кухню — и сублимировать, сублимировать?

Она прошлась по кухне, хрустя осколками.

— Чашка–то хоть одна цела?

Чашек нашлось целых три.

— Там еще водка осталась, — сказал он.

Аська безошибочно определила бутылку, влила в себя остатки, поежилась.

— Уже не лезет.

— Где ты была–то? — в десятый раз спросил Сигизмунд. — Сестрица твоя чуть с ума не сошла.

— А ты, значит, сразу навострил свою моржовую кость и утешать ее прибежал. Шустрый ты, Морж.

— Разбудить бы ее. Напереживалась…

— Пускай спит. Утром скажем.