Анахрон

Скажем, они не дадут потомства.

— Ну.

— Анахрон переносит любой объект, лишь бы он был подвижным и соответствовал заданным параметрам массы. Точнее, ПЫТАЕТСЯ перенести. Если объект обладает большой «бытийной массой», Анахрон не может его перебросить, и объект возвращается в изначальную точку.

— Живой? — ядовито поинтересовался Сигизмунд.

— Эта проблема не изучалась. Поскольку в ходе наших экспериментов изменений в историческом процессе не наблюдалось — это мы отслеживали специально — то, вероятно, все объекты возвращались назад живыми и невредимыми… Вы поймите, мы очень торопились.

— Угу, — сказал Сигизмунд. — И к чему вы это?

— Ваша девушка обладала малой «бытийной массой». Вероятно, в скором времени ей предстояло погибнуть. Поэтому Анахрон ее благополучно переправил.

— А почему, кстати, ее перенесло не в приемную камеру? — спросил Сигизмунд.

Федор Никифорович пожал плечами.

— В ходе экспериментов подобные сбои наблюдались. Возможно, сказалась расфокусировка… Радуйтесь, что она не оказалась в двадцати метрах над землей… или под землей.

Сигизмунд сжал зубы.

— Продолжайте, пожалуйста.

Федор Никифорович глянул на него хитро.

— Заинтересовались? Ну так вот. В своем времени ваша девушка обладала малой «бытийной массой».

Сигизмунд вдруг вспомнил, что Лантхильда была близорука.

— Оказавшись здесь, — продолжал Федор Никифорович, — она… — Он замялся, подбирая слова. — Вы знакомы с мичуринской практикой? Черенок можно привить другому дереву… В нашем мире девушка была привита к новому стволу — и привита успешно. Вы говорите, она забеременела. В перспективе, судя по всему, у нее должно было появиться жизнеспособное потомство.

Сигизмунд яростно боролся с потребностью напасть на партийного старца и нанести ему увечье. «Жизнеспособное потомство»! Прямо как об овце рассуждает… Человек–винтик…

Если Федор Никифорович и подозревал о подавляемых порывах Сигизмунда, то виду не подавал.

— Таким образом, бытийная масса вашей подопечной резко увеличилась и — Анахрон не смог ее удержать. Вот тут–то и кроется, Стрыйковский, главная загадка… Не буду посвящать вас в теорию, это ненужно… Если воспользоваться грубой аналогией с удочкой, то рыба может сорваться с крючка. Это понятно.