Анахрон

"

"Серьезным недостатком Анахрона–1 была именно чрезмерно усложненная конструкция зонда. Зонды А–2 были просты, как трехлинейка. Многие разработки Рыгалина использовались впоследствии при создании автоматических межпланетных станций.

К 1946 году положение группы «Возрождение» стало довольно сложным. В то время уже наметилось противостояние между Хозяином и Берия.

По расчетам, зонды должны были быть заброшены в 650 год нашей эры. Практически сразу после старта Анахрон–2 дал результат. На приемник, находящийся недалеко от города Николаева, была перемещена овца.

Овца была всесторонне исследована. Исследования показали, что это овца ОТТУДА! Овцу не без торжества предъявили Хозяину, который остался более чем холоден и лишь заметил, вынув изо рта знаменитую трубку: «Плохо кормит Лаврентий свой скот. Для шашлыка слишком тощая». После чего заметно утратил интерес к «Возрождению».

Вслед за овцой с интервалом в месяц с небольшим был получен здоровенный валун. Очевидно, передавший зонд находился на склоне холма.

Затем этот же зонд вобрал в себя часть оползня. После чего, судя по всему, у зонда была изменена ориентация.

Поскольку повлиять на зонд возможности не было, оставалось ждать — вдруг ориентация зонда самопроизвольно восстановится. Тем более, что оставалось еще два других зонда. Однако один из них, по всей видимости, был разрушен, так как ни разу не активизировался. А второй, похоже, изначально получил неудачную ориентацию, поскольку часто давал ложные сигналы на перенос.

В январе 1955 года этот зонд вдруг переслал последовательно на четыре терминала более тонны жидкой грязи и ила, из чего было заключено, что он попал в небольшое озеро или болото.

Ни валун, ни жидкую глину Хозяину не предъявляли. Берия же, осмотрев валун, недвусмысленно дал понять Аспиду, что тот раздобыл себе неплохой памятник на могилу.

Послевоенный период оказался самым сложным и для Аспида, и для Аржанова. Берия явно ожидал от проекта усиления своих позиций.

Для этого нужны были практические результаты. Результатов же не было.

В 1948 году у Аржанова случился первый инфаркт, и фактическим руководителем проекта стал Аспид.

В то время, как Аржанов лежал в больнице, Аспид собрал на полигоне шесть человек — старых сотрудников проекта, каждый из которых давно связал свою жизнь с Анахроном. Лаконично и откровенно Аспид обрисовал ситуацию: проект висит на волоске, а из этого проекта люди уходят только под пулю.