Анахрон

Принялся там что–то черкать. Сегодня в полдень должны прийти какие–то — снимать помещение. Если им сдадут.

…А в голове назойливо вертелось почему–то:

Я купил советский кондом.

И ты купил советский кондом…

Аська тоже эту песню любит. И петь пытается. Получается смешно.

Ровно в двенадцать, что называется — с ударом пушки, в офисе нарисовалось два молодых человека. По поводу субаренды помещения. По виду оба — примерно середины семидесятых годов рождения. Сразу видно, что приносить пользу социалистическому отечеству не обучены.

— Здравствуйте.

И ноги вытерли — о порог пошкрябали.

— Добрый день, — отозвался Сигизмунд холодно.

— Мы по поводу субаренды.

Улыбка приветливая, но сдержанная. Хорошо, хорошо…

— Да, пожалуйста.

Сам с места не встает, ждет. Еще более небрежно сел, авторучкой пристукнул по ежедневнику. Боец Федор встал в дверях, скрестив руки. Хорошо стоит. Это он молодец.

— Вы давали объявление в газете?

— Да, да. Разумеется.

…Мы их склеим к херу хер

И получим монгольфьер.

Советский кондом!..

Ребятки представились. Того, кто пониже, звали Сергеем; того, кто повыше, — тоже Сергеем. Неназойливо и некучеряво.

Тот, что пониже, востроглазенький, быстренько–быстренько стрельнул влево–вправо, все ощупал. На первый погляд остался доволен. Второй продолжал приветливо улыбаться.

— Помещение хотелось бы посмотреть.

— Пойдемте.

Сигизмунд встал, ребятки двинулись за ним. Шествие замыкал Федор. Светочка даже глаз не подняла.

— Ну вот, видите. Двадцать метров, окно.

…Я купил билет на видак.

И ты купил билет на видак.

Посмотрели — обалдели,

В джинсах дырка, встал елдак.

Вот это видак!..

…Тьфу ты, вот привязалось! Тут о серьезном, а я…

Ребятки ходили, заложив руки за спину, кружили, глядя в потолок, оценивая окна, двери.

Спросили насчет телефона. Сигизмунд сказал, что один номер может отдать. Ребятки покивали и походили еще.

О цене спросили. Ненавязчиво так. Как бы между прочим, без знойного интереса.

— Четыреста, — сказал Сигизмунд.

Ребятки переглянулись. Тот, что повыше, кивнул.

— Подходит, — сказал второй. И сразу пошел, дверь заколоченную трогать.

— Открыть можно, — сказал Сигизмунд.

— Хорошо.