Амалия. Книги 1-5

– Что ты наделал? – пронзительно закричала Мари, обращаясь к брату. – Я ненавижу тебя! Чтоб ты умер, да, умер!

Александр на мгновение пришел в себя в экипаже – от острого запаха лекарств. Но вокруг были только смутные очертания и искаженные лица, такие странные, что он предпочел закрыть глаза и провалился в небытие."

"Потом хлопали двери, его куда-то несли, кто-то держал за руку, там, где прощупывается пульс, кто-то говорил по-немецки. И был еще кто-то, кто рыдал в соседней комнате, были торопливые шаги, и звяканье ложки о стакан, и еще какая-то мутная, вязкая чепуха, от которой Александр никак не мог избавиться, и что-то все время давило на сердце и не давало вздохнуть.

Когда Корф очнулся, за окнами плыл лиловый, волшебный петербургский вечер, а у изголовья сидел Серж.

– Так… – промолвил Мещерский, видя, что он открыл глаза. Затем кашлянул и попытался напустить на себя суровый вид, что, впрочем, не вполне ему удалось. – Ты меня слышишь?

По выражению глаз раненого Серж понял, что слышит. Правда, Александр был так слаб, что у него не было сил даже кивнуть.

– Больше не будешь срывать с себя повязку? – все тем же суровым тоном осведомился Серж.

– Я сорвал повязку? – прошептал Корф, вспоминая.

– Доктор был очень сердит, – продолжал князь. – Сказал, что если такое повторится, ты просто истечешь кровью, и он не сможет тебе помочь.

Александр вздохнул. Скользнул взглядом по незнакомым предметам, по обстановке, которой прежде не видел.

– Где я? – одними губами спросил он.

– В особняке моего отца, – объяснил Серж. – Я взял на себя смелость перевезти тебя к нам после дуэли. Я тоже пока перебрался сюда, а доктор живет в соседнем доме, я знаю его много лет. И я спокоен, что за тобой тут присмотрят как следует.

Александр закрыл глаза. Верно, дуэль. Он дрался на дуэли с этим… с Антуаном Потоцким. Почувствовав боль в груди, барон поморщился.

– Я промахнулся? – спросил, не открывая глаз.

– А ты разве не помнишь? – В голосе Сержа прозвенело удивление. Впрочем, было там не только удивление, но и какая-то другая нотка. Напряжение? Да, пожалуй.

– Что там было? – с усилием спросил Александр, открывая глаза.

От него не укрылось: Серж как-то смутился.