Чужой портрет (СИ)

Мама строго посмотрела на меня, бессмысленно сидящую на кровати, и скомандовала:

— А ну, подъем!

Она меня так всегда в школу будила, распахивая шторы и открывая окно, чтоб впустить новый день в мою жизнь.

Я автоматически встала, а она подошла и строго сказала:

— Не кисни. Слышишь? У меня все хорошо. А ты спряталась и не пускаешь никого к себе. Еле прорвалась.

— Ты умерла, — ответила я, борясь с желанием дотронуться. Ощутить опять ласковое прикосновение, почувствовать, что нужна кому-то. Что она со мной.

— Я с тобой, дурочка, — мама подняла руку, словно тоже коснуться хотела, но затем опустила ладонь. И добавила убедительно, — я с тобой. Хватит тут сидеть. Ты здесь умрешь.

— И мы увидимся…

— Нет. Потому что ты будешь в другом месте. Не со мной. И вообще… Что за глупость? У тебя впереди долгая жизнь. И ты очень нужна.

— Я никому не нужна, кроме тебя, мама.

— Ты очень нужна! И даже не одному человеку, а нескольким. Они без тебя пропадут. Поняла?

Я только кивнуть смогла, думая, кому же это я нужна? Кому? У нас с мамой никого не осталось из родных.

— Милая… — голос мамы смягчился, а ветер за ее спиной играл с приоткрытой дверью, — тебе надо идти. Понимаешь? Надо.

— А ты? — вырвалось у меня так жалко, по-детски, что самой даже стыдно стало.

— А я буду с тобой.

Мама потянулась ко мне, как обычно это делала, когда хотела поцеловать, и солнце за ее спиной залило комнату ярким светом так, что даже жарко стало.

Проснулась я вся мокрая от пота, села на кровати и ошалело уставилась на закрытую дверь, будто вот-вот она откроется, и войдет мама. И вытащит меня из этого склепа.

Потому что это не она оказалась в могиле. А я.

Но минуты шли, дверь не открывалась, а я приходила в себя. Просыпалась, наконец, как мама и хотела.

Утром я собралась, купила на последние деньги билет в этот город, и не только потому, что именно здесь была студия Холодова Матвея Игоревича, заслуженного и титулованного… Но и потому, что здесь где-то жила единственная родная душа, оставшаяся у меня.

И ей вполне возможно, нужна моя помощь. Мама так сказала.

И мама оказалась права.

Я смотрю на худенькую девушку, стильно, очень круто одетую, с разноцветными прядями в короткой ассиметричной стрижке, понимаю, что на контрасте с ней кажусь не просто деревенщиной, а вообще неотесанной дубиной.

Смотрю и упрямо сжимаю губы.