Афера для своих

Придется вернуться к варианту цепочки с кулоном».

В наркологии Кайгородова и Олег остались в санпропускнике. Ефремов пошел наверх, к заведующему отделением. Дежурная медсестра, узнав, что сотрудники милиции хотят поместить девушку на лечение, посоветовала не тратить зря время.

– У нас мест нет в женском отделении, – объяснила она.

То же самое сказал Ефремову главный нарколог областного диспансера.

– При всем уважении к вам женщину на лечение принять не могу.

– Ее фамилия – Кайгородова, – спокойным тоном уточнил Ефремов.

– Игорь Павлович! – взорвался заведующий отделением. – Вы издеваетесь надо мной? Я кого угодно на лечение возьму, только не ее! Кайгородова прошлой зимой в ординаторской у дежурного врача деньги из одежды вытащила, а у моего заместителя шапку ондатровую украла. Игорь Павлович, я не буду лечить Кайгородову – это раз. Мне ее нечем лечить – это два.

Игорь отстучал кончиками пальцев дробь по столешнице, посмотрел врачу в глаза.

– Аркадий Андреевич, помните, как-то раз я помог вам, и вы мне сказали: «При случае обращайся, не откажу!» Этот случай наступил.

– Нечем! – повторил врач. – Нет у меня препаратов…

Он смолк на полуслове, увидев, как Ефремов достал из внутреннего кармана пиджака стодолларовую купюру.

– Это на лекарства, – положив деньги на стол, сказал Игорь. – Если не хватит, после Нового года еще привезу.

– Только из уважения к вам, Игорь Павлович! – Врач пододвинул к себе купюру, прикрыл ее рецептурным справочником.

Завотделением набрал номер внутрибольничного телефона."

"– Приготовьте одно место в женском отделении, – распорядился он. – Что значит, нет мест? Сколько у нас алкоголичка Пащенко лежит? Неделю? Хватит, подлечилась, черти больше по углам не мерещатся, значит, здорова.

Врач положил телефон, нажал кнопку вызова санитаров.

– В какое неловкое положение вы ставите меня, Игорь Павлович!

– Все мы в такой позе стоим. Вся страна. Когда Кайгородову можно будет проведать?

– Числа восьмого приезжайте.

В санпропускнике Кайгородова, с покрывалом на плечах, сидела с закрытыми глазами на жестком топчане. Чтобы девушка не заваливалась на бок, Киселев придерживал ее.