А жизнь так коротка!

Ее глаза горели страстным огнем, на лице блуждала счастливая улыбка...

– Тебе пора... Отец может приехать...

Ей явно не хотелось, чтобы он уходил. Но ему действительно пора.

Леон ничего не сказал. Но взглядом показал на дверь. В нее по-прежнему барабанили. Куда он пойдет? Его же в два счета уроют...

– Сейчас...

Наташа подошла к двери, начала открывать замок. Но не открыла. Резко повернулась к Леону и снова припала к нему. И опять сладкий вкус ее губ. Но длилось это всего несколько секунд. Только после этого она открыла дверь.

– Я же сказала, все в порядке...

– Пусть этот, который, ну, типа, покажется... – послышался чей-то грубый голос.

– Он не этот, понял? – Наташа умела говорить резко, жестко. – Он Булат, человек отца... А ты, Серый, на него с кулаками...

– А чо он у тебя делает?

– А что, кофе попить нельзя? – съязвила Наташа.

Она разговаривала со своим телохранителем – и второй очухался – из-за полуоткрытой двери.

– Да можно... Но пусть он свалит, а... Мы его не тронем, зуб даю.

– Только тронь, без головы останешься. Понял?

Леон не любил, когда за него заступаются. Но сейчас не тот случай. Его прикрывала Наташа. Наташа!..

Сначала «арестовала». Затем набросилась с поцелуями. Теперь вот защищает... Что это, если не сон?

Прежде чем отпустить Леона, Наташа с улыбкой посмотрела на него.

– Ты мне нужен, – шепотом сказала она. – Нужен, понял?..

– И ты мне тоже...

– Ты меня потом найди. Ладно?

– Обязательно...

На этот раз он сам приблизил к ней свое лицо.

– Все, тебе пора...

И легонько подтолкнула его к двери.

* * *За последние дни были ликвидированы сразу три киллерские «бригады». Одну «бригаду» нейтрализовали с участием Леона. Две остальные взяли в оборот другие бойцы сообщества. И все обошлось без пальбы. Со стороны задворской братвы потерь не было.

Но Леон уже забыл об этом. Все его мысли были заняты Наташей.

Сегодня он едет с ней в ресторан. И будут они там до ночи. Только потом разъедутся по домам.

За Наташей он заедет на джипе «Мицубиси Паджеро». Мизинец ему одолжил. Не ехать же на своей помятой «девятке».

Но прежде надо заскочить в ювелирный, купить какую-нибудь безделушку, баксов этак за пятьсот, не больше. «Бабки» у него есть.