50 и Один Шаг Ближе

Ник резко делает шаг ко мне, а я от страха начинаю пятиться назад. Но мне не везёт сегодня, и я падаю на диван. Он уже оказывается сверху, и его ладонь сдавливает горло, глаза тёмные и не сулящие ничего, кроме моей смерти.

– Отпусти, – пищу я."

"– Пора бы уже выучить, что меня твои манеры сводят с ума, и в этот момент представляю, как ты кричишь подо мной, умоляя меня продолжать. Как ты стоишь передо мной на коленях, а твои глаза горят от похоти. Примерно в такой позе, – шипит он мне в лицо. Я прислушиваюсь зачем-то к ощущениям и понимаю, что он едва прикладывает силу к моей коже своей рукой.

Он меня просто пугает, и я обретаю уверенность.

– Я никогда никого не умоляю, тем более не собираюсь стоять на коленях. Люк соврал, – твёрдо говорю, и кладу свою руку на его, находящуюся на моей шее. Моя рука ледяная по сравнению с его. Ник хмурится и сбрасывает наши руки, резко хватает меня за затылок. Я уже сижу, а он стоит, облокачиваясь на одно колено о диван. Его рука крепко держит меня, заставив шею выгнуться и смотреть на него.

Но меня это более не приводит в животный ужас.

– В чём он соврал? – Он прищуривается и следит за сменой моих эмоций, чтобы быть уверенным, что я не совру.

– Во всём. Это сказки, за которые я ему яйца отрежу. Мы ни разу ещё не спали. У нас не было секса. Никогда, – отвечаю я, и он приближает ко мне своё лицо. Сердце уже устаёт бежать быстро, поэтому несколько успокаивается, как и тело, переставая едва заметно дрожать.

– Мне неудобно так, Ник, – нагло заявляю я, на это он, сжимает зубы, что его скулы начинают двигаться, но через секунду отпускает меня.

Разминаю немного затёкшую шею. Он садится рядом на согнутую ногу и хмуро смотрит на меня, ожидая продолжения.

– Я тебя слушаю, – требовательно произносит он.

– Мы пробовали… несколько раз, но первый раз он настолько переволновался, что у него… ну он не смог, – на этих словах я отвожу от лица Ника взгляд, но он властно подхватывает мой подбородок и заставляет смотреть на него.

– В следующий раз он был слишком пьян и уснул прямо на мне, а дальше как-то не получалось, уставал.

Он спортсмен, и перед играми им запрещают заниматься сексом. Разговоры об этом остались в подвешенном состоянии. Да и я отчего-то больше не испытывала интереса к этому, – вздохнув, продолжаю и чувствую смущение, что приходится говорить об этом с реальным извращенцем, который испепеляет меня взглядом.

– Ты мне пытаешься сказать, что у тебя никого не было? Вообще, никого и никогда? – С сомнением уточняет Ник.