Жрец Хаоса. Книга III

Когда я спросил, где точно не стоит искать, и есть ли опасные места, мне также дали некоторые вводные, и звучали они примерно так:

— Если увидишь в море одинокий остров в виде вулкана с белоснежной шапкой, зелёным изумрудным ковром из крон деревьев и небольшим отростком в виде чёрной базальтовой короны чуть в стороне — не вздумай туда приближаться. Это едва ли не единственное место без магии, которое является природным по своему состоянию. Там не просто действующий вулкан, а некий источник силы, который напрочь уничтожает магию в округе.

Наши, да и японцы тоже, считают остров проклятым и стараются не приближаться к нему.

Поэтому, услышав подобные наставления, я, в общем-то, не удивился, когда первым обнаружил недалеко от Сахалина подобный остров. Что удивительно, пустота внутри меня ткнула меня куда-то под рёбра, требуя наведаться туда. Моему голоду это место нравилось. Он улавливал там отголоски родной стихии.

— Найдём бабушку и наведаемся туда, — пообещал я, направляя Гора в сторону от вулканического острова.

"

"Но Гор будто бы заупрямился и снова пошёл на вираж в сторону острова. На этот раз спустившись значительно ниже. Огибая один из кратеров, расположенный прямо на склоне, Гор едва ли не спикировал к самой кромке воды, что сливалась с тьмой прибрежных скал.

— Если я разобьюсь по твоей милости, ты тоже исчезнешь! — сварливо предупредил я Гора на всякий случай, но тот никак не отреагировал. Он будто затих, чуть повернув голову набок и вслушиваясь в спокойное море.

Такое поведение настораживало. И я очистил сознание от всяких мыслей, пытаясь прислушаться и понять, что ищет моя химера. Минуты три мы летели в блаженной тишине, когда я вдруг услышал эхо зова от Василисы, химеры бабушки.

Я не мог понять, что конкретно она пыталась мне передать. Какие-то странные образы, в которых не было ни бабушки, ни остальных химер, лишь обилие льда и копошащейся чёрной жижи. Более того, создавалось такое ощущение, будто Василиса в принципе не конкретно со мной делилась образами, а будто бы переживала некий страшный ночной кошмар.

Вспышки сознания перемешивались с расплывчатыми, словно подсмотренными сквозь мутное стекло, дагерротипами: звёздное небо, раскинувшееся над головой, будто химера сидела в колодце с высокими краями, вспышки алого и синего цвета… балахоны… чёрные камни… и белоснежная коса, свесившаяся до самой земли с одного из камней.

Глава 10

Княгиня пришла в себя, купаясь в боли.