Звездная Кровь. Экзарх I

— Какие-то особые свойства? — спросила Нира. В отличие от меня у неё не было доступу к системе Восхождения, и она не могла прочитать описание.

— Называется Карн, в описании написано, что острый, — сказал я. — Мне такой не подходит, предпочитаю оружие поувесистее. А вот тебе как раз.

Нира одним движением встала и отвесила мне лёгкий слегка шутливый поклон, после чего подошла к ближайшему дереву и провела лезвием по стволу. Кинжал практически не встретил сопротивления. Лезвие легко углубилось почти на десяток сантиметров в ствол.

— Мне нравится, — в голосе Ниры послышалась благодарность.

Ночь и весь следующий день мы с Нирой провели неподалёку от городка. Нам предлагали разместиться в одном из домов, но мне хотелось побыть на свежем воздухе у небольшого костра. Благо ночи стояли тёплые.

Несколько раз за день нас навестил Рон. Мне показалось, что он проверял, не сбежали ли мы. Подобных планов у меня не было. Да и не получилось бы. Откат руны яхты составлял сутки, а идти пешком не входило в мои планы.

— Знакомься, Нейт. Мой сын — Рьян, — Рон махнул рукой на здоровенного детину на полторы головы выше меня. Белые короткие волосы, выдающаяся мускулатура, какой я ещё никогда не видел ни у кого в Единстве. Казалось, что парень полностью состоял из одних мышц. При этом, несмотря на хмурый взгляд, его лицо ещё носило следы детской округлённости. Острота мужских черт ещё практически не проявилась. Рьян был Восходящим. Шляпка стигмата в руке слегка поблескивала в угасающих лучах Игг-Древа.

Рьян подошёл ко мне и пожал руку. Несмотря на грозный вид, я ожидал намного более сильного рукопожатия.

— Если готов, то мы отплываем немедленно, — сказал я.

Рьян кивнул и отправился в сторону берега.

— Не обращай внимания на его хмурый вид, он хотел остаться и сражаться. Ничего, успокоится, — сказал Рон.

На этом мы завершили пребывание в крохотном городке на берегу Закатного моря. Я призвал прогулочную яхту, после чего мы погрузились на борт и отчалили.

Рьян сразу же отделился от нас и устроился в носу корабля. Нира как обычно развалилась на небольшом диванчике позади штурвала.

— Какой-то он нелюдимый, — сказала она спустя несколько часов.

— Нам с ним недолго путешествовать. Не хочет говорить — его право.

Наш попутчик практически никак не проявил себя за те четыре дня, что мы провели вместе. Несколько раз в день он приходил, забирал еду и вновь отправлялся на нос корабля, где молча смотрел вперёд. Я не лез к парню.